Измена. Ты не узнаешь о ребенке

Нашумевшая в прессе история о преступлениях Владимира Вячеславовича плохо сказалась на репутации издательства. Глобину пришлось приложить немало усилий, чтобы восстановить имя любимого детища деда.

Семь месяцев назад, почти в одно время, у Андрея и Олега родились сыновья. Плохое постепенно забывается. Жизнь не стоит на месте, и новое поколение Симцовых и Глобиных тому доказательство.

Семь месяцев назад в Москву вернулась Таисья. Они с мужем более трех лет прожили во Владивостоке. Мы со старой подругой наконец-то встретились вживую и вдоволь наговорились.

Со свекровью я быстро нашла общий язык, как и обещал Егор. И даже называла Валентину Петровну мамой, а Маша считала ее бабушкой. Оля и Максим тоже хорошо приняли меня. Оля почти сразу начала называть меня мамой, девочке не хватало материнской ласки.

Мы с Егором эти два года жили душа в душу. Я была счастлива. Я любила и была любима. Так неожиданно на том злополучном юбилее я встретила мужчину своей жизни.

Ссор между нами почти не было, мы понимали друг друга с полуслова. А год назад я подарила мужу сына. Сейчас Савелий Егорович мирно посапывал у меня на руках.

– Уложила? – спросил Егор, заглядывая в комнату.

– С трудом, что-то сегодня мы капризничаем. Лишь бы к вечеру Сава не заболел, – озабоченно сказала я, перекладывая сына в кроватку.

– Будем надеяться, что все пройдет, – поддержал меня муж, с любовью глядя на спящего малыша. – Савелий Евгеньевич обещал любимому внуку подарок на свой день рождения. Вот Сава его и ждет. Думаю, он просто переволновался.

– Это да, подарки мы любим, – тихо рассмеялась я.

Мы оставили сына с няней, а сами спустились на первый этаж, где встретили Олега с Юлией и Марину, жену Андрея.

– Добрый день. Слышала, и ваши карапузы решили сегодня поскандалить, – улыбнулась нам Марина.

– Они явно были против того, чтобы спать, когда все собираются праздновать, – рассмеялась Юля.

– А что вы хотели, девочки? Мы, парни, привыкли быть в центре внимания. А тут вы укладываете мальчишек спать днем. У них же столько дел намечено, – с наигранной серьезностью выдал Глобин.