Измена. Предателей не прощают (СИ)

И совершенно нет сил слушать еще и их оскорбления.

Но Изольда Марковна ведет себя необычно.

- Доченька моя родная! – кричит она и бросается ко мне.

- Уйдите! – я пытаюсь отодвинуться от ее навязчивых поцелуев.

- Ну что, ты девочка моя, - она садиться рядом со мной и с усилием выдергивает мою руку, и крепко сжимает в своей ладони, - не признала? Кому как не мне тебя сейчас поддержать. Медсестра сказала, с малышом все в порядке.

Моя рука невольно дергается при этих словах, но цепкие пальцы моей свекрови еще сильнее сжимают мою кисть.

- Почему же ты скрыла это от нас, а? Девочка, моя! Ну это же такая радость, да Глебчик?

Меня пробивает в холодный пот. Я что-то должна сказать им, но у меня хватает сил только безмолвно открывать рот.

Глеб продолжает стоять в дверях, глядя на меня сверху вниз.

Откуда они знают? Как они тут очутились?

И главное – как мне себя вести?

- Бедняжка, - причитает свекровь, - Сколько же ты натерпелась, моя девочка.

Изольда Марковна даже пытает обнять меня.

Сколько всего они знают? Кто привез меня сюда?

Кому я могу верить?

Свекровь выжидательно смотрит на меня и видимо не довольна моим молчанием. Она картинно вздыхает и переходит в наступление:

- Глеб весь извелся. Ночами не спал! Он так переживал, так переживал! - она наклоняется к моему уху и говорит громким шепотом, - Мы разберемся с Леночкой. Я конечно от нее в шоке! Я так рада, что ты нас поставила в известность! Глебу было так стыдно нам признаться в своем поступке.

Перевожу взгляд на мужа. Кажется, он только что подавил зевок.

Хочу одного - чтобы меня оставили в покое! Мне надо подумать и разобраться в себе. Но моя свекровь не дает мне и минуты опомнится:

- Ты знаешь, - доверительно продолжает Изольда Марковна, - хоть она и твоя сестра, но… Нам кажется, что ребенок не от Глебушки. Мы думаем, она могла ему что-то подсыпать. Ну ты понимаешь… И вот он ее… Ну того… оступился! С кем не бывает, да? Может Лена вообще его приворожила! Ты прости, о твоей сестре конечно говорим, но вы прям с ней разные.

- Замолчите!

Свекровь поджимает губы и смотрит, на меня, как на расшалившегося ребенка.

- Мариночка, - бросается она на второй круг, - ты главное не переживай! Глеб за тебя ни за что не сердиться.

- Что?!

Они еще смеют «не сердиться» на меня? Внутри все клокочет от злости.