Измена. Обратная сторона счастья

Как так получилось, родной?

Илья оттолкнулся от капота и перетёк ко мне одним звериным сглаженным движением. Вцепился в дверцу и склонился надо мной, стоило только сесть за руль.

Знакомый запах любимого мужем парфюма заполнил салон моего автомобиля. Горло пережало. Ни вдохнуть, ни выдохнуть. В груди горело огнём. Голова кружилась, и тихим, но ощутимым звоном в ушах ломалась реальность. Мой мир рушился, а осколки больно ранили моё сердечко.

– Это не то, что ты думаешь! – прошипел он мне в лицо.

А я подняла на него взгляд и с удивлением заметила отчаянный страх в глубине янтаря его глаз.

Этот страх был важнее всего. Он ярче всех возможных слов показывал всю пропасть, что разверзлась между нами.

Можно не слушать, что мне говорит Илья. Слова – это пыль, бабочки на поверхности. Дунет холодный ветер осознания реальности, и слов не остаётся. Остаётся чувство в глубине глаз любимого.

Предавшего меня.

– Отойди от двери, Илья! Я не собираюсь говорить с тобой второпях на парковке перед банком на потеху всех твоих сотрудников.

Шаг назад и руки держи при себе, милый, – холодом моего голоса можно было остудить всю парковку вместо кондиционера. Выстудить жар из салона моего автомобиля.

Муж внимательно вглядывался в моё лицо.

Его глаза судорожно бегали. От моих губ к глазам, обратно к губам. Судя по выступившим желвакам и побелевшим костяшкам пальцев руки, державшей дверь, ярость кипела в его сердце. Он в растерянности. Он ещё не придумал, как выкрутиться. Что соврать мне. Как оправдаться.

Представила в красках, в каким интересом сейчас сотрудники банка прилипли к окнам, разглядывая детали выяснения наших отношений.

Ведь только слепой не догадался, чей сын у Ирины Александровны. И все знают, как выглядит жена директора филиала.

– Китаев! Какая пошлость! Роман с секретаршей на рабочем месте! Редкостная мерзость эта твоя вторая, тайная от меня жизнь, – фыркнула, дёрнув на себя дверь. Но закрыть я её не сумела.

Третья глава

Куда мне против здорового мужика. Илья дверь удержал и только крепче сжал пальцы.

Ярче выступили желваки на скулах, и вены проступили на напряжённом лице. Забилась жилка у виска, ритмично вспухая и опадая, чтобы вновь наполниться. Напряглась шея, рискуя оторвать пуговицу сорочки.

– Викусь, мы поговорим дома. В спокойной обстановке. Вечером, – муж разговаривал со мной как с норовистой лошадью.

Или как с психически больной. Увещевая и уговаривая мягким голосом. Убалтывая. Сдерживая в себе бушующие чувства.

Ага. Ещё бы по голове погладил.