Измена.Любовь (СИ)

Спать, кстати, тоже, — вдруг произнес Платон Александрович, и я с ужасом поняла, что последнюю мысль произнесла вслух. Мама родная!

— Поэтому привыкай, что будешь часто со мной обедать и ужинать, Павла. — добавил он, насмешливо скосив глаза на мое растерянное лицо. — И спать.

Чтобы не завопить от возмущения я произнесла как можно небрежнее:

— Не помню, чтобы это условие входило в мой трудовой контракт, Платон Александрович.

— Спать или ужинать? — уточнил этот зануда. И видя, что я не собираюсь отвечать, прокомментировал:

— Спать не входит, Павла.

А вот твое присутствие на деловых обедах и ужинах в контракте оговорено специальным пунктом, если ты помнишь. Но не беспокойся, наши ужины вдвоем не будут иметь никакого отношения к работе. Совместный сон тем более. Мы почти пришли, — добавил без всякого перехода между темами, и повел меня к высоким дверям, возле которых красовался внушительного вида швейцар.

Холл этого места оказался еще роскошнее, чем там, где мы обедали днем и понравился мне гораздо больше.

Похоже, благодаря начальнику, я стремительно становлюсь завсегдатаем самых шикарных ресторанов. Вон уже интерьеры сходу начинаю оценивать.

Помогая снять пальто, Павел Платонович на миг прижался к моей спине, снова обволакивая своим ароматом. Обдал горячим дыханием затылок и кожу на шее сзади. Я торопливо выскользнула из пальто и отпрянула в сторону, чувствуя, как вспыхнули мои щеки и по коже помчались предательские мурашки.

Никогда не считала себя трусихой, но происходящее меня пугало. Я еще не отошла от предательства бывшего мужа, и выступать в новые отношения пока не готова.

Тем более со своим начальником. Я много раз видела, чем заканчиваются такие отношения — разбитыми надеждами с последующей потерей работы.

И Маша… Что бы я не чувствовала к этому мужчине, между нами не может ничего быть, если он с моей подругой. Мне просто надо набраться мужества и задать ей вопрос…

— Пойдем, Павла, — донесся до меня чуть насмешливый голос объекта моих метаний. — пока ты не придумала себе каких-нибудь ужасов про меня.

— С чего бы мне о вас думать, Платон Александрович? — огрызнулась я, пойманная на горячем.

— О чем еще ты можешь размышлять с таким трагичным выражением лица? — усмехнулся он, подпихивая меня в сторону обеденного зала.

Вежливый до приторности метрдотель проводил нас за уютный столик возле окна и вручив тяжелые папки с меню, удалился.

— Почему вы выбрали именно этот ресторан, Платон Александрович? — полюбопытствовала я, изучая меню.