Измена и месть. Ты слишком ничтожна, жена!

— А потом наклонился к уху, шепнул, что я очень сладкая и что он не против эту сладость попробовать на вкус ночью…

— Фида, неужели? — ошеломленно воскликнула ее подруга. — Но ведь у него в фаворитках Сара! Она же тебе все косы повыдергивает, когда узнает!

— Не повыдергивает! — в голосе служанки появилось высокомерие. — Теперь моя очередь быть фавориткой господина! Я ему такое удовольствие доставлю, что он годами будет звать только меня!

— Не забывай, что у него теперь жена есть… — осторожно напомнила вторая служанка.

— Фи, — скривилась первая. — Ты видела ее? Она же страшная, как кривая Зося из нашей деревни. Ни кожи, ни рожи. Вся серая, невзрачная, может даже и плешивая, как та кривуля. А худющая… как палка!

— Но она же была в плаще! Как ты фигуру-то смогла рассмотреть???

— Да всё по лицу видно! — не унималась девушка. — В любом случае, она не во вкусе господина, это точно! Он взял ее только для того, чтобы король больше не донимал его требованиями о женитьбе. Господин у нас свободолюбивый, жениться не хотел никогда, ведь среди аристократок одни уродины.

Девушка самодовольно рассмеялась, а у меня брови полезли на лоб от изумления.

Боже мой! Так муж мой — вообще кобель неразборчивый, да простит меня собачье племя за такое нелестное сравнение…

Глава 3

Приживалка

Очередное утро началось с того, что едва ли не на рассвете в спальню постучалась Нила. К счастью, в монастыре я привыкла вставать достаточно рано, чтобы это не стало неожиданностью.

Всё такая же угрюмая и холодная, с вечным пучком на голове, похожим на комок шерсти — она молча принялась убираться в комнате, даже не взглянув в мою сторону, словно меня здесь не было.

Хотелось выпроводить её прочь и сказать, что я сама займусь своими делами. Но я помнила, что аристократы в спальнях своих не убирают. Нет, я должна скрепиться и не поступать по-старому…

И хотя мне было неприятно, что она перебирала мои личные вещи, трогала чётки, переложила с места на место аккуратно сложенное монастырское платье, я стерпела.

Я сидела в кресле и молча наблюдала за Нилой, пока она аккуратно поднимала с пола упавшую шкатулку, которую я даже не замечала всё это время, вытряхивала пыль с вязанных салфеток, тщательно расставляла по полкам бесполезные глиняные статуэтки…"

"Хотела бы я сказать, что её старательность вызывала уважение, но… нет.