Изгой

— Ну что? Теперь пешком домой?

Я посмотрела на него и, наверное, мой взгляд был настолько красноречив, что он отвел глаза и вдруг тихо добавил:

— Вздохни, наконец, не то задохнешься. Они уже уехали. Хватит трястись от страха.

Он что думает? Я испугалась? Да я, черт возьми, дрожу от того что он ко мне прикасался.

— И не думала бояться.

Пробормотала я и плотнее завернулась в куртку. Вдали от него мне стало прохладно.

— Да ладно, тряслась как заяц.

— Ничего подобного.

— Тряслась, я говорю, и не спорь.

Я повернулась к нему, и мне невыносимо захотелось его стукнуть. Вот именно за то, что издевается, а я чувствую себя полной дурой. Я наклонилась, делая вид, что завязываю шнурок на ботинке, а сама слепила снежок и швырнула в него, вампир молниеносно уклонился, ну в этом никто и не сомневался.

— Ты чего?

Изгой выглядел немного растерянно.

— Я говорю, что не испугалась, значит, не испугалась.

Я снова слепила снежок и запустила в него. Теперь он поймал лепешку и тут же запустил в меня обратно.

Я, конечно, увернуться не успела. Чертов вампир. Так не честно.

— Еще как честно!

А я это сказала вслух?

— Я, между прочим, не ожидал военных действий.

— И напрасно!

Я разозлилась, слепила еще снежок и теперь попала ему в ногу, радостно взвизгнула и тут же испугалась, увидев, как он лепит огромную лепешку. Я бросилась бежать, на ходу швыряя в него комки снега. Нашла от кого убегать.

— Ах ты!

И вдруг я обомлела, получила еще одним снежком в лоб, но даже не пошевелилась.

Это что сейчас происходит? Я играю в снежки с вампиром карателем? С Палачом? С тем кого смертельно ненавидела и боялась? В этот момент Изгой появился позади меня и высыпал мне на голову охапку снега. Я вздрогнула, когда комочки льда закатились мне за шиворот.

— Эй, ты чего?

Изгой заглянул мне в глаза, и я тут же сунула ему за пазуху приготовленный снежную бомбу. Вот. Получи фашист гранату.

— Ага, холодно? — я победно усмехнулась

— Кому холодно? Мне?"

"Он схватил меня в охапку и приподнял, готовясь бросить прямо в сугроб.

Я посмотрела ему в глаза и утонула в них, растворилась, потерялась. От его ледяной красоты у меня дух захватило. Его волосы намокли и сверкали на солнце, на щеках блестели капли растаявшего снега, а в глазах искрилось веселье. Изгой осторожно поставил меня на ноги. Я, как зачарованная, смотрела на него. Палач уже не был для меня чужим, страшным, отрешенным. Мужчина стряхнул снег с моих волос, с воротника куртки.