Изгнанная истинная, или Лавандовая радость попаданки

Лириан хмыкнул.

– Но вам не удалось обмануть нас, – холодно заключил он. – Наша любовь к Ириане была настолько сильной уже тогда, что никакая магия не смогла бы ее разрушить.

Я зарделась от услышанного признания. Уже тогда?! Что же, выходит, они…

– Как только увидели нашего воробушка, – добавил Верс, ласково поглаживая меня по животу, – сразу решили, что женимся. И уже никогда не отпустим.

Я фыркнула.

– Вообще-то, вы меня сначала в темницу бросили, а потом еще и фиктивный брак предложили! – Я обиженно скрестила руки на груди и гордо вскинула подбородок.

Мужья заметно напряглись.

– Да, с темницей мы погорячились, прости, – Верс чмокнул меня в щеку. – Тогда мы еще не знали, что ты наша истинная. Подумали, очередная лесная ведьма с плакатом.

– Невероятно красивая ведьма, чей образ никак не хотел покидать наши мысли, – улыбнулся Лириан, заглядывая мне в глаза. – А когда мы почувствовали твой аромат, прикоснулись к тебе, узнали ближе, то всё… Уже не могли от тебя оторваться.

Я хихикнула, растаяв от их слов.

– Ладно, так уж и быть, потерплю вас всю жизнь.

Ой, кажется, это я зря сказала…

Эпилог

7 лет спустя

– Ужинать! – позвала я своих мужчин, выглядывая в окно.

Сыновья, с визгом и хохотом, играли в догонялки, убегая от отцов. Иногда они прятались среди густых кустов лаванды, надеясь, что Лириан и Верс их не увидят. Но те, конечно же, видели, просто притворялись, что никак не могут их найти.

– Иначе съем всё сама! – пригрозила я.

Я-то их знаю, они могут так играть целый день.

Верс и Лириан души не чают в наших сыновьях. Келебриан, наш старшенький, – точная копия Лириана, даже характером пошел в него. Спокойный, усидчивый. А вот младшенький, Винтер, – настоящая непоседа.

Поначалу я не понимала, в кого он такой. Мы с Версом – довольно спокойные, а этот… Но потом Анрос рассказал мне, что у Верса в детстве, оказывается, будто шило в одном месте было.

Когда мужчины наконец пришли домой, то тут же побежали ко мне обниматься. Я расцеловала и затискала сыновей, а потом мужья расцеловали и заобажали меня.

Мы так увлеклись с мужьями, что Келебриан, устав от нашей нежности, устало выдохнул:

– Опять вы целуетесь! Все время целуетесь! Сколько можно!

Я хихикнула, отстраняясь от Верса.