Избранница Хозяина холмов

 — Он протянул руку к моей груди, но не коснулся её. А вокруг его ладони вдруг разрослось бледное холодное свечение, которое пронзалось короткими алыми всполохами. — Как ты, дитя туатов, оказалась так далеко от породившей твой род колыбели?

Он слегка наклонился ко мне — и от его тела разлилась волна сырой прохлады. А на вид он вполне себе тёплый, как и любой другой мужчина. Если бы все мужчины выглядели как он, конечно. Но, наверное, так выглядят только боги.

— Вряд ли я смогу дать тебе подробный ответ. — Я невольно качнулась назад.

— И потеряли свою силу. Но ты сохранила, — озадаченно нахмурился Эх-ушге. — Потому я не могу не пропустить тебя. Ты должна быть там.

Где-то я уже это слышала… Должна быть там — среди зелёных, как тина, холмов. На диких тропах, под дождём и на ветру. Та девочка в бирюзовом платье, моё видение — она говорила мне то же.

— Так отзови свои огоньки! — на правах потомка Первых племён потребовала я. В конце концов, он относится ко мне даже с некоторым почтением. Не нахальничает, не лапает…

— Я не могу. Ты должна пойти со мной. А они, — Эх-ушге обвёл взглядом корабль, — будут убиты.

Я даже рот открыла от потрясения: с таким праведным спокойствием он это сказал. Как будто может быть только так и никак по-другому. Как будто в таком вот исходе нет совершенно ничего необычного и жестокого.

— Ты и правда считаешь, что я на это соглашусь?! — мне едва удалось унять так и проступающую в тоне визгливость. Мне и правда хотелось визжать, а ещё хвататься за голову.

— Если не согласишься добровольно, есть два исхода. — Мужчина сложил руки на мощной груди. — Я забираю тебя с собой силой, выбрасываю на берегу, а дальше ты продолжишь путь сама. Второй — ты отправляешься в небытие вместе с остальными.

У меня, признаться, в какой-то миг руки опустились. Думала, вариантов будет гораздо больше.

— Но мой отец не желает зла ни королю, ни кому бы то ни было в Глиннхайне! Он плывёт с мирным посольством. Поговорить и попытаться договориться. Разве только за то, что вархассцы когда-то воевали с руэльцами, мой отец и все эти люди заслуживают смерти?

Эх-ушге покачал головой.

— Ты маленькая глупая девчонка.