Контракт с подонком

В пах долбит кровь до потемнения в глазах.

С шипением, оттягиваю трусики, врезаясь в нее - тепленькую и тугую.

Громко синхронно втягиваем воздух.

- Скажи... Давай... Скажи что ты хочешь все время как чокнутая... ну?

- Мм... - зажмуриваясь, прикусывает губу.

- Го-во-ри... - вдалбливаюсь, сминая ее губы.

- Боже... Да! Да!!

А потому что у нас пятый месяц, и ее либидо улетело в космос!

И она хочет-хочет-хочет... - рыча от возбуждения вколачиваюсь, выгибая ее и поднимая бедра выше.

И кончает даже во сне, мурлыкая как голодная кошка.

И можно с ней делать все, что хочется, потому что её пьяные от возбуждения мозги отключают все тормоза.

И это - да! Это просто...

- Да... да!

Переворачивая, загибаю в догги, и рассматривая как мокро стыкуются наши тела кончаю после первой же ее судороги и вопля удовольствия.

Скатываюсь и, задыхаясь, падаю рядом.

Закрыв глаза, слушаю свой кайф и расслабленность в теле. До звона в ушах.

Ловлю ее пальцы, тяну к лицу, ласкаясь об них.

- Вечером будем смотреть вместе, ясно? - бормочу, отключаясь.

- Да не смотрела я! - смеётся мне в плечо.

- Ну да... Ну да...

- Клянусь! Я просто... искала шведских порно актрис... Ну того периода... Не знаю зачем. Наверное, просто хотела увидеть какая она. А когда ты напугал меня, нечаянно нажала на ролик.

- А.

Мать искала.

- Хочешь с ней увидеться? - глажу тонкие пальчики.

- Нет. Просто... Просто посмотреть.

- Да я нашел давно для тебя. Не знал, показывать... или нет.

- Покажи, пожалуйста.

Вытаскиваю из кармана халата свой телефон, ищу фото. Самое приличное, что нашел. Включаю.

Протягиваю.

Пока хмуро разглядывает, глажу костяшками пальцев по лицу.

- Красивая была.

Отдает.

Убираю телефон в сторону.

- Если хочешь найти...

- Нет. Мне вас достаточно. Правда. Никого больше не хочу. Внутри нет пустых мест.

Целую ее в живот. Все пустые места заполнены, да!

Дочка у меня будет...

- Ну, давай, тогда, собираться? Поедем отхватывать... любви.

Мелания выбирает платье, обтягивающее живот.

Едем к Одинцовым, сегодня все там."

"Встречает сам Андрей Григорьевич. Он наш семейный протектор. Имеет юридические полномочия наложить вето на любые наши подписи и решения, если сочтет, что они были сделаны под давлением. Бабушка так оформила наши права. Это наша безопасность. Все неторопливо переоформляется на нас.