Избранная для мага (и кот) (СИ)

Так, тяжело, словно вместе с котом на его плечи легли все заботы мира. А затем поднял серебряные глаза и сказал:

– Мне нужен гениальный план и самый коварный, который был бы достоин самого́ демона. Поможешь?

Кот наклонил хитрую морду, и его глаза зажглись от любопытства.

– Что надо делать?

– Ответите на вопрос «дар» ты или «проклятие», – хмыкнул Велиус со смешком.

Глава 24

На следующее утро Брутус подготовил своему господину самый лучший костюм из чёрного синэйского бархата. Белоснежную шёлковую рубашку, тёмные начищенные сапоги из мягкой кожи, и специально заказанную к этому мероприятию фетровую шляпу с длинным пером, как того предписывала мода.

В воздухе пахло дождём. Мрачное небо снова хмурилось, словно вчера не покрыло влажными капельками листочки деревьев.

Чёрный блестящий экипаж герцога Андертона, запряжённый шестёркой лучших химер, катился по мостовой.

– Ты уверен, что это сработает? – ещё раз переспросил герцог.

– Ну с чертополоховыми оккультистами же помогло, – хмыкнул кот, восседающий на одной из шелковых подушек.

– Тогда почему вы от них убегали? – прищурился герцог.

– Маркиза плохо сыграла свою роль.

Велиус вздохнул."

"– Ладно. Символ я нарисую, и он загорится кроваво-красным. Но, естественно, не сработает. Значит, наш план будет таков: я на их глазах переселю демона в тело кота. А ты будешь их впечатлять… А лучше их напугать…

– Не уверен, что смогу напугать вот этим.

– А в чём позволь спросить, я должен тебя принести? – удивлённо осведомился Андертон и перекрестил руки.

– Я туда не полезу. – Нахал помотал пушистой головой.

– Это ещё почему?

– Это совсем не по-демонски. – Бадильяр округлил глаза. – Я не могу. Меня засмеют.

– Кто? – потрясённо застыл Велиус.

– Я буду знать! – жёлтые глазищи блестели.

– Не создавай дополнительных проблем, — проворчал герцог.

– Почему нельзя использовать корзинку?

– Да потому что! Так эффектнее!

– Глупости, – брюзжал кот. – Я вовек не отмоюсь после этого.

Экипаж дёрнулся и остановился. Бадильяр поставил две лапы на стенку и заглянул в окно.

Перед входом в снежно-белое здание была расстелена коричневая дорожка.