Ювелирная лавка госпожи Таниты

Мне было жаль срубленные елки, поэтому мы с родителями наряжали елочку во дворе. Еще я украшала ее разноцветными шишками и конфетами. Правда, конфеты никогда не доживали до праздника, я съедала их раньше.

Делиться воспоминаниями было приятно, а вопросы сыпались из детей, как крупа из мешка. И, кажется, они уже начинали строить планы.

– У нас тоже во дворе растет маленькая елка, жаль только, что Новый Год далеко, – вздохнул Тимош. – И в этом году к нам никто не придет.

– Ну тетю Свэнью мы обязательно позовем. Только чур не дразниться!

Дети в один голос заверили, что больше не будут баловаться.

От них же я узнала, что больше всего здесь почитают Заступницу – хранительницу домашнего очага. И Светлейшего Отца – создателя всего живого. Также они верили в духов-покровителей, что водились у представителей всех профессий.

Были и духи огня, воды, ветра и земли. Их никто не видел, но говорили, что этот мир населен ими до отказа. Они чаще помогают, но иногда, когда гневаются, могут вызвать пожар, ураган или другое стихийное бедствие. Не обошлось и без вредных сущностей с их хозяином – Мрачным Отцом. Он же и заведовал миром мертвых. Дети сказали, что он наделяет своей силой темных магов, которые редко, но все же встречаются.

В общем и целом, Вселенского зла тут нет, и если не злить всяческих мелких духов, то можно жить вполне спокойно. Проблемы могут создавать люди, а не потусторонние сущности."

"Наконец, мы добрались до двухэтажного здания желтого кирпича на улице Белых Флагов. Название ей полностью соответствовало – вдоль улочки были протянуты веревки с реющими на ветру флажками и шелковыми лентами.

– Ей дали такое имя в год, когда был заключен мир с соседним королевством, Верорией.

Улыбчивая молодая девушка-секретарь провела нас на второй этаж. Мимо сновали клерки с кипами бумаг, вдоль стен на кушетках сидели страждущие, ожидая своей очереди.

К счастью, господин Манагот оказался свободен и принял нас сразу.

– Госпожа Танита Зорвир? – он немало удивился, когда я представилась.

Это был мужчина лет сорока пяти в строгом темно-зеленом костюме, темными волосами с проседью и пышными усами.