Ювелир с улицы Капуцинов

Когда еще подвернется такая возможность? Вы понимаете меня?

— Я все понял… Вуйко не ошибся?

— Вы же знаете, он никогда не ошибается.

— Знаю…"

"— Счастливого вам отдыха! Я звоню из автомата. До свидания…

Петро бросил трубку. Что делать?

Быстро сбежал по лестнице и застал Катрусю возле машины. Галкин улыбается ей — черт, нашел время любезничать, когда за Зарембой идут по следам!..

Видно, Катруся что-то прочитала на лице Петра. Его тревога передалась ей. Она бросилась к нему. Петро оглянулся вокруг — улица пустая, лишь внизу, около почтамта, несколько прохожих.

— Скорее! — бросил он.

Ни о чем не спрашивая, Федько завел мотор.

“Мерседес” миновал несколько крутых закоулков, пересек широкую улицу, объехал парк. Позади — никого. Петро велел остановить машину в глухом тупичке за сквером.

Только теперь Катруся нарушила молчание:

— Что случилось?

— Гестапо напало на след Евгена Степановича!

— Не может быть! — воскликнула девушка. — Откуда ты знаешь?

— Только что звонил Фостяк. Евген Степанович заходил в магазин уже с гестаповским “хвостом”.

— Мастерская! — вскрикнула Катруся. — Я была там только позавчера…

— Возможно, кто-то следил и за тобой, — высказал предположение Галкин.

— Я ничего подозрительного не заметила. Хотя… — задумалась девушка.

— Если бы они заметили тебя в мастерской, — возразил Петро, — то в тот же день установили бы, кто ты. В гестапо знают, что ты моя невеста. Стало быть, уже позавчера они должны были следить за мной, но не сделали этого.

— Ты уверен? — спросил Галкин.

— Абсолютно! — сказал Петро. — Иначе СД и близко не подпустило бы меня вчера вечером к дому губернатора.

— Почему именно вчера? — не поняла Катруся.

— Вчера там состоялся военный совет… Ночью мне удалось сфотографировать секретные документы…

— Сфотографировал?! — не поверила сразу Катруся. — Как же это тебе удалось?!

— Не о том теперь речь, — бросил Петро и принялся размышлять вслух. — Выходит, гестапо наткнулось на след Зарембы случайно. Евген Степанович первый, кто попал в мышеловку.

— Бедный Евген Степанович… — неожиданно зарыдала Катруся.

— Цыц! — Петро так крикнул, что девушка вздрогнула. Но Кирилюк уже опомнился. — Прости, — извинился, — я совсем расклеился. Нервы уже не выдерживают…

— Ты в самом деле полагаешь, что гестаповцы случайно наткнулись на мастерскую? — спросил Галкин.

— Хотелось бы так думать, — ответил Петро.

Катруся овладела собой. Выпрямилась на сиденье и спросила:

— Фотоснимки должны попасть к нашим.