Ювелир с улицы Капуцинов

Кабинет, массивные дверцы стального сейфа, коричневая кожаная папка целиком завладели его воображением. Еще бы, важнейшая тайна в трех шагах от него! Но эти несколько шагов могут стать последними в его жизни. Взвешивал: оправдан ли риск, есть ли вообще шансы на успех? Вздохнул, притушил окурок и вышел в туалет. Во что бы то ни стало необходимо сфотографировать документы. Как хорошо, что майор Скачков оставил ему портативный фотоаппарат. Конечно, проще было бы выкрасть папку, но тогда гитлеровцы вынуждены будут перегруппировать свои силы, документы потеряют все свое значение.

После ужина Петро попрощался с фрау Ирмой. Однако, спустившись в вестибюль, незаметно проскользнул в узкую дверь, которая вела к черному ходу — он отлично знал расположение комнат в губернаторском особняке: как-никак свой человек в доме! По крутой винтовой лестнице поднялся на третий этаж, где помещалась прислуга, и узким коридорчиком пробежал в библиотеку.

Дверь библиотеки осталась открытой, и Петро слышал все, что происходило в гостиной. Фрау Ирма смеялась тонким искусственным смехом, кто-то густым басом — вероятно, оберст — благодарил за приятно проведенный вечер.

“Если оберст благодарит — значит, гости разъезжаются”, — решил Петро.

Действительно, с улицы донесся шум заводимых моторов. Через несколько минут все затихло.

Вдруг на лестнице возникла какая-то возня, послышалось перешептывание, приглушенный смех…

— Иди-ка сюда, — просил кто-то, увлекая собеседницу в библиотеку."

"— Как вам не стыдно? — отвечал с наигранной строгостью женский голос. Но обладательница его не очень-то сопротивлялась. — Что вам от меня нужно?.. — хихикала она.

В ответ донеслось:

— Зачем задавать бессмысленные вопросы, моя ласточка! — Петро узнал голос Руди Рехана. — Пойдем к тебе!..

— Нельзя… — возразила женщина. Кажется, это была молоденькая горничная губернаторши.

— У меня есть для тебя прекрасный подарок.

— Какой?

— Это сюрприз!..

Видимо, горничная колебалась.

— Не пожалеешь, — обольщал ее Рехан.

— Погодите… — Девушка выглянула в окно.

Теперь она стояла так близко, что Петро мог дотянуться до нее рукой.