История \

Дыхание участилось.

Не хотел уходить. Желал остаться рядом и смотреть на нее бесконечно, но понимал, что иномирная девушка будет против подобного поведения с моей стороны.

«И в кого я превратился?»

Не сводя взгляда, подошел ближе и осторожно, чтобы не разбудить, поднял Лёлю на руки, направляясь с ней к кровати.

Как же было приятно прижимать ее к себе. Аж до дрожи. Арагон ластился и урчал от удовольствия, а я все сильнее сходил с ума, стараясь не думать о своем черном будущем.

Уложив иномирянку на кровать и накрыв ее одеялом, я развернулся и против своей воли направился на выход, игнорируя протестующие вопли ящера.

«Не стоит привыкать к ней, – внушал я ему. – Как и не стоит запоминать ее черты лица».

Но кто бы меня слушал.

Ночь прошла словно в бреду.

Утро выдалось хмурым и пасмурным, будто вторя моему настроению.

Знал, стоит спуститься на завтрак, как увижу Вивьен, ожидающую подарок, который я приготовил уже давно, но дарить его не хотелось.

Завтрак должна была принести мне служанка, но избежать общества Вивьен не удалось.

– Милый! Тук-тук! Доброе утро! – на пороге кабинета стояла черная дракайна, держа в руках поднос.

Она широко улыбалась и, если честно, выглядела глупо.

– Доброе, – кивнул я, перемещая взгляд на бумаги.

Видел, как она опешила, ведь поздравления с моей стороны не последовало, как и самого подарка.

– А я тебе завтрак принесла, – кашлянула Вивьен, неуверенно переступая порог кабинета.

– Впервые в жизни, – сорвалось с моих губ. – Спасибо, но я не голоден.

Даже не стоило смотреть на внучку старейшины, и так понятно, что она недовольно поджала губы, щурясь.

Дракайна не решалась подойти, топчась на месте. Ее явно сбило с толку мое поведение.

– Ладно тогда, – буркнула она обиженно. – Не буду мешать.

Развернувшись, Вивьен неспешно покинула кабинет, прикрывая за собой дверь.

– Верное решение, – произнес я в тишину, оставшись один. – Уходи и, будь любезна, больше никогда не возвращайся.

Вивьен

– Дедуль… – жалостливо всхлипывая, черная дракайна размазывала слезы, стекающие по щекам.

– Что такое, дитя? – мгновенно напрягся старейшина. – Тебя кто-то обидел?!

– Я не пон-нимаю, дедуль… – с заиканием подвывала Вивьен. – Арон…

– Что Арон?! Что он сделал?!

– Он стал прежним! – зарыдала внучка старейшины.