Код возвращения

 — Вы убеждали меня, что мои родители сидят в английской тюрьме, а сами прекрасно знали, что они пошли на перевербовку и устроили свою жизнь каждый по-своему! Это, по-вашему, основание для доверия? Ну и ну!

Худой тяжело вздохнул. Лицо его окаменело.

— Значит, вы отказываетесь?

— Ну конечно, отказываюсь! Надо быть душевнобольным, чтобы даже рассматривать ваше предложение.

— Жаль. На карту поставлены сотни тысяч жизней ни в чем не повинных людей.

— Но заботиться о них — прямая задача вашего правительства, а никак не моя!

Резидент кивнул.

— За детей, которых замуровали в стену, некому было заступиться. За тех, кому грозит опасность сейчас, можете заступиться вы!

— Я уже давно не на службе. Кстати, мои коллеги хотели посадить меня в тюрьму; если бы я не сбежал сюда, то сейчас гнил бы в вонючей камере! Вы бы тогда не пришли со своим предложением!

Худой молчал.

— До свидания! При случае передавайте привет Яскевичу, он единственный человек, о котором у меня сохранились приятные воспоминания. И скажите всем, чтобы меня оставили в покое! Если я увижу, что вы за мной следите, то заявлю в полицию!

Макс повернулся, собираясь уйти.

— Сегодня за вами следил кто-то еще, кроме нас, — сказал ему вслед Худой. — Похоже, что это была именно английская полиция.

* * *Лучник раскололся в конце второго дня задержания. Вначале он держался дерзко, ругал всех фээсбэшников, ментов и прокуроров, наотрез отказывался от сотрудничества и говорил, что ничего не знает.

Но потом майор Нижегородцев применил оригинальный тактический прием, и дело пошло на лад.

В углу одной из комнат Вампир установил деревянный щит, в который предварительно выпустил обойму из своего «макара». С помощью гвоздя и молотка исковырял стены вокруг, побрызгал кетчупом. Сам он надел черную маску спецназовца и стал рядом с пистолетом в руке.

— Знаю, знаю обоих — и Аслана, и Умара, — горячечно зашептал он. — Они на Алика работали.

— Что за Алик? — Вампир доброжелательно ткнул стволом Ваху в затылок.

— Этого, клянусь мамой, не знаю! Алик за вопросы может язык отрезать. Они с Гуссейновым дружили, тот раньше на рынке мясные ряды держал.