Истинная со скидкой для дракона (СИ)

Он вдохнул воздух, зрачки изменились, сфокусировались на моих чертах, сузились. С твердых мужских губ сорвалось:

— Истинная…

Меня мутило, но от прикосновения рук и оседающем на моей коже дыхании становилось легче. Со мной вообще происходили страшные вещи. Вязкая патока окутывала разум, мир сократился до губ напротив и теплого дыхания.

Оно успокаивало, уносило меня к неясным воспоминаниям.

Вспомнился запах плаща, найденного в его шкафу случайно, к которому я прижималась щекой.

Что-то из детства, важное и потерянное.

Аргалон пах этими воспоминаниями. Его энергетика сейчас живительным источником тянула меня к себе.

Не осознавая, что делаю, я слабо подалась вперед.

Аргалон уловил сигнал, окаменел, будто желая отстраниться. Но затем шумно выдохнул, сжал мой затылок и потянул на себя.

Горячие губы накрыли мои, терзая в горьком поцелуе, от которого сознание окончательно задурманилось. Движение умелого языка и мой слабый вздох.

Я окунулась в этот живительный, расслабляющий источник.

Задрожала от совсем не нежного поцелуя, растворилась в прикосновении его рта к моему.

А дальше я обмякла на мужских руках и провалилась во мрак.

Глава 23

Я не поняла, как отключилась. Просто в голове все погасло. Тело вначале казалось невыносимо тяжелым, а затем легким как пушинка. Тогда я осознала, что сплю.

Мое беспамятство наполнилось приятными снами.

Приятная ткань платья от восходящей звезды и модного кутюрье, тяжелый гладкий жемчуг на шее и яркие вспышки фотокамер. Как прекрасно.

Кто эти улыбающиеся люди?

Да какая разница?

Губы сами расплываются в счастливую ответную улыбку. Запах дорогих парфюмов и элитных напитков оседает на носу.

— Вы позволите? — учтивый мужской голос за спиной.

Оборачиваюсь, взгляд плавно скользит по изящным ножкам бокалов и тонкому наполненному золотистой жидкостью стеклу.

— Ах, да конечно, благодарю, — тяну руку в шелковой перчатке к подносу. Обнаженной спины, выглядывающей из выреза коктейльного платья, касается ветерок.

Оборачиваюсь.

Он стоит среди веселой толпы людей. Весь черный, словно черт, высокий и устрашающий. В руках кадило, а на голове пугающий капюшон, отороченный золотом.