Истинная против воли

Не для того я столько шла, чтобы повернуть, когда так близка к цели.

- Я пойду.

- Катя… - пантерка пытается меня удержать, уговорить, но я останавливаю ее.

- Не надо, Мика. Я уже все решила. Ждите от меня весточки с той стороны.

И, ободряюще улыбнувшись им обоим, обняв на прощание, захожу в пещеру. Сначала тут довольно светло, но чем дальше я иду, тем темнее становится, и вскоре я уже не вижу совершенно ничего. Приходится включить фонарик, встроенный в дедушкиных часах. Да-да, и такое в них есть. Правда, он маломощный, надолго не хватит, но хоть что-то видно.

Если верить часам, я в полутьме топаю уже больше часа, семьдесят пять минут, если быть точной. Проход, по которому я иду, несколько раз поворачивает, но Уже не становится, наоборот, кажется, расширяется.

Фонарик светит все хуже, я понимаю, что скоро придется воспользоваться средневековым способом – сделать факел, благо палкой и тряпкой меня снабдил Шейн.

Фонарик пару раз моргнул и затух. Блин. Собираюсь уже лезть в сумку, но обращаю внимание, что в коридоре не настолько темно, чтобы я вообще ничего не видела. Удивленно присматриваюсь. Кажется, что из туннеля впереди светит неяркий, явно не дневной свет. Что это может быть?

Тихо, на цыпочках, иду вперед. Удивительное дело, но туннель выводит в грот. Стены в нем украшены кристаллами, которые и испускают слабый, но очень красивый фиолетово голубой свет.

Я уже сделала шаг в сторону вожделенного бассейна, но тут краем глаза увидела, как что-то мелькнуло с другой стороны грота. Резко остановилась и замерла, стараясь даже дышать реже. Хорошо хоть не успела выйти из-за высокого камня, которыми щедро усыпан грот.

Пригнувшись, выглядываю из своего укрытия. И едва сдерживаю испуганный писк. На другой стороне бассейна стоят несколько Саахов. В неярком свете кристаллов я, тем не менее, прекрасно вижу их длинные, со змеиной чешуей, хвосты. Они сворачиваются в клубки и плавно перетекают в узлы, а потом волнами расходятся по всей длине. Завораживающее зрелище.

С трудом оторвав взгляд от хвостатой магии, я принялась рассматривать верхние, человеческие половины Саахов.