Истинная для Ледяного Дракона. Княгиня Южного предела

— А это правда, что тебе… около ста лет? — задаю давно интересующий меня вопрос.

— Слишком молод для твоей драконицы?

Я не удерживаюсь от улыбки:

— Это шутка?

Но Айварс не смеётся, только уголок рта дёргается в подобии улыбки.

— Ну как сказать. Огненные драконы исчезли ещё до моего рождения. Они были уничтожены первыми, и для этого Хаосу понадобилась всего одна ночь. Если даже предположить, что твои родители сбежали в другой мир, едва ли ты могла родиться там. Тебе может быть более ста лет.

— Ты хочешь сказать, что я древняя старуха? — возмущаюсь я.

Я замечаю смешинку в его глазах:

— Да ты шутишь?

— На самом деле я просто не знаю, способны ли драконы продолжать род в тех мирах, которые для них не предназначены.

— Видимо, способны, раз я существую, — получается резковато, и я смягчаю тон. — Расскажи, пожалуйста, как это произошло, с огненными.

— Ты ничего не ешь, — Айварс пытается сменить тему.

— Но я не чувствую голода.

Он усмехается:

— Значит, я хорошо подкормил твою драконицу. Но поесть надо и человеку, хотя бы немного.

Мне не хватает воздуха, потому что я вспоминаю момент пробуждения в его объятиях. Это он, оказывается, драконицу подкармливал. Чтобы отвлечься и заодно не спорить из-за ерунды, кладу в рот кусочек сыра, и вижу, как темнеет взгляд Айварса, устремлённый на мои губы. Дались они ему. Машинально закрываюсь ладошкой.

— Я думаю, Вальгард прав, — говорит Айварс после короткой паузы, — и тебе стоит поучиться в Академии, но вкратце скажу следующее. Их королевство просто накрыло чёрным одеялом холода в один миг. Нас Хаос посчитал менее опасными, и это дало нам время. Отец успел выстроить защитную стену по границам. Это случилось ещё до моего рождения.

— А Вальгард? Как он уцелел?

— Десятка два Огненных были на нашей территории, когда это случилось. Тут и остались. Полстолетия Хаос прощупывал наши границы, но магический купол был создан магией, основанной на истинной связи, — Айварс замолкает, и я чувствую, что говорить ему об этом тяжело, и следующие слова объясняют, почему.

— Прости, — шепчу я. — Соболезную.

Мне ли не понимать, что такое потеря матери? Князь кивает, принимая моё сочувствие.

— С тех пор идёт война.