Истинная для Ледяного Дракона. Княгиня Южного предела

""Покорно не надо""

В гостиной, кроме нас двоих, никого. Слуги слиняли. Даже странно: подумаешь, очередную пассию хозяин на столе раскладывает. Разве это может помешать убирать посуду?

В любом случае рассчитывать на чью-либо помощь не приходится. Сейчас я была бы рада даже возвращению Альвы.

Огорошенный моим выкриком дракон некоторое время стоит неподвижно. И зрачки его снова начинают меняться: становятся обычными, человеческими.

Теперь на меня потемневшими синими глазами смотрит уже не дракон, а заведённый моим сопротивлением мужчина.

Сюртук свой князь в какой-то момент сбросил, и внушительный бугор в штанах говорит о его возбуждении.

Делаю шаг назад, и Айварс синхронно подаётся за мной.

Я отношусь к тем людям, у которых в опасной ситуации мозги не превращаются в кашу. Чем опаснее, тем лучше работает думалка. И сейчас в памяти всплывает всё, когда-либо слышанное о том, как избежать насилия.

Попытки увернуться и девичий визг «Ах, пустите меня!» только разжигают охотничьи инстинкты. Классический удар коленом в пах в таком платье, как на мне, не пройдёт.

Я шаги-то в нём делаю в два раза короче, чем обычно. Ну разве что, если он его на мне окончательно порвёт, но до этого доводить бы не хотелось. К тому же, если мужчина поймёт, на что я покушаюсь, всё будет ещё хуже.

Собственная беспомощность пробуждает во мне ещё больше злости. Я перестаю пятиться и отвечаю князю прямым взглядом, в который вкладываю всю свою ярость и ненависть. И он останавливается.

Стоим как два барана на узком мостике.

Кто первый проиграет в гляделки? Только с моей стороны мост толщиной с волосок, и этот гад об этом знает. Мне первой отступать никак нельзя.

Князь проводит пальцем по прокушенной губе, стирая кровь, и разрывает зрительный контакт.

Ну, да, что ему девушке в глаза пялиться, когда платье на груди разорвано? Вот туда он теперь и смотрит. А я ещё плотнее стягиваю края и чувствую, как горят щёки.

— Иди, переоденься, Адриана, — хрипло говорит князь, делая шаг назад. — Нам надо отправляться.

Не верится, но победу праздновать рано.

— То есть мне на мужчин смотреть нельзя, а им на меня можно, — пытаюсь сказать это с ехидцей, но мой голос тоже просел.

— Это ещё почему? — глаза князя угрожающе прищуриваются.

— Возле двери в мою… то есть в отведённую мне комнату дежурят четверо мужчин. И, по крайней мере, один из них не прочь сделать со мной то же самое.

— Кто? — рычит Айварс, мигом теряя самообладание.

— А неважно, — быстро отвечаю я.