Исповедь на краю

Походил по крошечному пространству возле унитазов… Когда рано утром санитарка вошла в туалет с ведром и шваброй, Степан лежал на полу и хрипло, тяжело дышал. По серому лицу катились крупные капли пота, взгляд расширенных глаз был невидящим. Вызванный врач прокричал Степану прямо в ухо:

– Быстро говори, что пил!

– Там, в палате, зеленые таблетки, – прошептал Степан и умер.

Врачи с санитарами и охраной ворвались в палату с криком:

– Кто давал Степану Головле зеленые таблетки?

Испуганный мужичок показал на новенького:

– Вот он!

Один из санитаров сильно тряхнул спящего у окна человека.

Тот вскочил:

– Что? Почему? Кто?

– Показывай таблетки, которые дал Головле.

– А, таблетки… У меня нет никаких таблеток. – И тут же упал на спину от сильного удара по зубам. Поднялся, растянул в улыбке окровавленный рот. – Я дам. Как все с ума сходят из-за этих таблеток.

Он вытащил трусы, опять проделал какие-то манипуляции, в результате которых на его ладони появилось около десяти зеленых таблеток.

– Что это такое? – спросил врач.

– Обыкновенно. Скотские таблетки. От глистов. Сладенькие.

– После них человек умер, понимаешь?

Новенький оцепенел и вдруг залился неудержимым смехом идиота.

– Ой, не могу. Они все от них помирают. Как глисты.

Ему скрутили руки и поволокли в карцер.

* * *Как впоследствии выяснилось, новенький, Никита Петров, прибыл по решению суда на психиатрическое освидетельствование из деревни Первомайское. Обвинялся он в убийстве четырех человек путем отравления. А за год до того, как он стал убийцей, в деревне закрылась ветеринарная аптека.

Потом так покончила с собой жена Никиты, болевшая раком мозга. У них не было болеутоляющих средств. И Никита повредился в уме. Привел как-то домой четырех мужиков, поставил на стол самогон, а в картошку щедро насыпал скотских таблеток.

…Когда Степана вскрыли, оказалось, что его печень, почки, желудок – все превратилось в кровавую студенистую массу.

Глава 15

Бабе Лиде позвонили из больницы и сказали: «Приезжайте». Она пришла к Дине:

– В больницу зовут. Может, Степан чего учудил… или что… Ты со мной не съездишь?

Дина молча взяла бабу Лиду за руку, привела в кухню, посадила на табурет.

– Я поеду с тобой, конечно.