Исповедь на краю

Он надел обновки и встал перед зеркалом во всю стену. Смотрел, узнавая и не узнавая себя. Надо же! Несколько тряпок, и все так изменилось. Что бы сказала мама? А папа? Подбородок задрожал, ехать на сходняк расхотелось. Но в двери уже стояла Раиса в черно-белом фундаментальном наряде, с бриллиантовым колье на шее.

– Как я тебе?

– Как яхта с белыми парусами.

– Свинья. Совсем не умеешь разговаривать с женщинами.

* * *Сергей убедился в том, что медсестра Катя вошла в здание дома ребенка, и с облегчением вздохнул. Можно надеяться, до утра она никуда не денется.

Тяжело зарабатывают на хлеб одинокие женщины. За несколько последних часов он объездил вслед за ней как минимум семь адресов. А вечером обещал Дине быть на приеме. Надо еще заскочить домой, переодеться. Но нанести еще один визит он успеет. По дороге на автостоянку, где работал Олег Федоров, он набрал номер телефона Володи Пантелеева. Голос у того был довольно усталый:

– Шустрый старикан нам попался, шеф. Рвет подметки. Значит, по порядку. С утра он был в Минздраве.

Потом в Центре органного донорства. Потом в детской клинике. Затем направился в массажный салон. Это было вчера. Из салона уехал с телкой. Молодая, худая, блондинистая. Пригнали на ее темно-зеленом «Рено» к нему домой. Вышла она одна вечером, села в машину и пересчитала бабки. По-моему, было что. Сегодня наш жеребчик опять мотался в Минздрав, я записал, к кому он приходил. Потом был в одной квартире в доме на Арбате. Я узнал: там живет один тип из Германии. У него здесь непонятный пока бизнес. Похоже, для прикрытия контрабанды. И недавно наш милый док опять торчал в массажном салоне. Интересно, что ему там делают? Может, взглянуть?

– Пока не надо. Ты особо не светись. Кому салон принадлежит?

– Одной мадам. Ездит в «Роллс-Ройсе». Зовут Раиса Чеберяк.

– Интересно. Я уверен, ты теряешь время не зря. Продолжай. В случае чего звони.

В будке охранника автостоянки никого не было. Сергей обошел вокруг, попробовал закурить, но ветер задувал огонек зажигалки. Он вжался в небольшой закуток и вдруг увидел Олега.

Тот жадно пил водку из горла. Лицо у него было смертельно бледное.

– Эй, ничего не случилось? Извините, мы немного знакомы. Я…

– Помню. Ты следак. Кажется, случилось, старик.

– Может, уйдем отсюда?

– Сейчас. Я попробую. Попрошу, чтоб на полчаса подменили. Нет, пошли вместе. Скажешь, в прокуратуру надо подъехать. Меня отпустят.

Двадцать минут спустя они сидели вдвоем в пустом кафе. Олег вытащил из кармана смятый листок.

– Вот.