Камуфлет

Мечислав Николаевич хорошо изучил повадки командира: «превосходительство» бьет копытом в нетерпении!

Между тем Родион Георгиевич, как ни в чем не бывало, уселся около Берса и невинным образом подавил зевок:

— Устал я что-то, Николай Карлович, да и вы, наверное, набегались?

— Вовсе нет…

— Тогда скажите: где найти господина Менфикова прямо сейчас. Вспомните любую мелочь, привычки. Где он может проводить воскресный вечер? В бане был, теперь в опере?

Берс беззвучно пошевелил губами и вдруг резко вскочил:

— Наверняка в «Иллюзионе»! Там сейчас последний сеанс.

— Готовы его опознать?

— Располагайте мной!

Ротмистр не стал дожидаться команды — сразу побежал за пролеткой.

Берс испросив минутку, чтобы устроить племяннице головомойку, исчез в коридоре. А Родион Георгиевич отпер сейф и отправил в карман личный браунинг. Что случалось лишь в исключительном случае.

Августа 7 дня, лета 1905, в то же время, +24 °C

Типография газеты «Новое время», Эртелев переулок, 6

Время такое исключительное! Воскресный вечер, когда самый распоследний приказчик надевает лучшее и идет гулять по Невскому, для наборщиков — горячая пора.

В типографии сущий ад. Что ни минута, вбегают запоздавшие репортеришки, впихивают статейки, кричат и убегают, главный требует верстки, как назло в набранном тексте корректоры раскапывают злокозненные ошибки; ведь еще полагается подписать у цензора! Оттиски фотографий выходят блекло, рекламное объявление зубоврачебного кабинета забыли вставить. Все орут, всем все надо в ту же секунду, а стрелка часов неумолимо приближается к часу, когда набранные полосы утреннего выпуска должны встать на печатный станок.

Среди кутерьмы сохранял невозмутимое спокойствие только один человек — Игнат Филиппович Проскурин. Старый и уважаемый печатник, делал свое дело ровно, верно и без спешки. В заготовленную рамку статьи молниеносно сажал кегли свинцовых буковок, причем за долгие годы Проскурин научился читать слова в зеркальном виде как обычную страницу.

Проскурин сверстал колонку объявлений, когда подскочил помощник редактора, мальчишка, взятый с неделю назад.

— Филипыч, срочно в номер! — крикнул сопливый газетчик, размахивая бумажкой. — Сыщите местечко в объявлениях. Заголовок — кеглем полдюйма.

Наборщик нахмурился: что за срочность такая? Но машинописный листок прочел:"

"К опознанию. Обнаружен труп неизвестного мужчины, лет двадцати от роду, крепкого телосложения, без конечностей и головы.