Камуфлет

Дверь открылась бесшумно. Утренний свет слабо пробивался сквозь плотно сдвинуты шторы, в спальне сделалось сумеречно по-зимнему.

Бирюкин засунул в проем голову и позвал:

— Сэр… Ваша светлость… Павел Александрович…

Тщетно.

Из последних сил верный слуга шагнул в комнату и, нащупав рычажок, включил электрическое освещение.

Павел Александрович почивал в собственной постели, повернувшись на бок, уютно укутавшись одеялом.

В другом доме, слуга с облегчением удалился бы: «Почивает барин, и слава Богу, пусть дрыхнет хоть до обеда, хлопот меньше!» Но для слуги в английском духе, такое равнодушие преступно.

Князь спал так мирно, что и с дыхания не слыхать.

Стараясь не думать, на какую дерзость идет, лакей шевельнул барина за плечо.

Павел Александрович покорно перевернулся на спину.

Вольноопределяющийся кавалерии заорал по-бабьи истошно и беспомощно.

Августа 7, лета 1905, девять утра, +21 °C

Летняя дача в Озерках

От удивления Глафира едва не выронила чашку: ее величество снизошло к утреннему чаю.

— Сонечка, чайку с медком? — заботливо, как ни с кем, спросила Глафира.

— Ах, няня, оставь меня в покое! — Софья Петровна отшвырнула вилку.

Без Родиона Георгиевича они общались как в детстве: заботливая кормилица и ненаглядное дитятко.

Глафира быстро спровадила Олю и Лелю в сад, сама присела к воспитаннице, взяв изнеженную ручку в шершавые, теплые ладони.

— Что, душенька, поссорились? То-то я гляжу, господин наш дома не ночевал, каков герой. Так это ничего, вернется как миленький.

— Няня, ты ничего не понимаешь! — почти крикнула Софья Петровна.

— Так расскажи, сними тяжесть с сердечка, полегчает.

Так тепло стало рядом с няней, такой лаской и заботой веяло от ее большого тела, что Софья Петровна нежданно размякла, уткнулась в плечо и, всплакнув, рассказала все.

Оказалось, дитятко закрутило роман. Вернее, и не роман вовсе, а так, девичьи грезы. Соне страстно понравился один мужчина, она не находит места, но все еще любит мужа. Да, она мечтает о другом! Потому что он воплощение мужских достоинств, каковые в большой нехватке у Ванзарова.