Испанский любовный обман

Если задачка попадается особенно заковыристая, я распечатываю бумаги и просматриваю с маркером в руке. Но Аарону-то откуда знать?.. А, ладно. Неважно. Наверное, заметил, что я попусту трачу бумагу и загаживаю окружающую среду. Все равно это не отменяет того факта, что я полная дура и зря набросилась на него с обвинениями.

– Да, ты прав. Это… – Я замолчала, не отрывая взгляда от стола. – Очень мило с твоей стороны. Обязательно посмотрю на выходных.

По-прежнему не поднимая головы, я потянулась за папкой и подвинула ближе к себе.

Повисла долгая пауза. Мы оба молчали.

Аарон стоял на месте, не двигаясь. Ничего не говорил и не давал повода на него посмотреть. Я не сводила взгляда с бумаг, которые он любезно для меня распечатал.

Пауза растягивалась на мучительную вечность. Я была готова сдаться и поднять голову, но тут почувствовала, что он уходит. Выждав целую минуту, чтобы убедиться, действительно ли он ушел, я дала волю чувствам."

"С глухим стуком уронила на стол голову.

Из горла вырвался стон. Визгливый и жалкий.

На душе стало откровенно тошно.

Я стукнулась лбом о столешницу.

– Estúpida. – Еще раз. – Idiota. Tonta. Boba. Y mentirosa[24].

Бум, бум, бум.

И это – самое мерзкое. Я не просто идиотка. Я подлая лгунья.

Из груди вырвался еще один стон.

– Ух ты! – донесся из дверей голос Рози.

Отлично. Как раз не помешает близкий человек, чтобы вытащить меня из болота и оформить в ближайшую психушку. Сама я однозначно не справлюсь.

– Лина, у тебя все хорошо?

Нет.

Ни капельки, потому что я облажалась везде, где могла.

– СТОЙ, СТОЙ, СТОЙ, СТОЙ! – Рози вытянула руку в общеизвестном жесте, веля придержать лошадей. – Что ты сказала маме?

Жуя последний кусочек панини с пастромой, я подняла голову и пробурчала с набитым ртом:

– Ты шлышала, што я шказала.

– Хочу еще раз услышать последнюю часть. – Рози откинулась на спинку стула, изумленно тараща зеленые глаза. – Хотя, знаешь… Лучше повтори с самого начала. Я, должно быть, что-то упустила – звучит дико даже для меня.

Прищурившись, я одарила ее фальшивой зубастой улыбкой, хотя рот был набит едой.

И плевать, что меня кто-нибудь увидит. Здесь, в коворкинге на пятнадцатом этаже, все равно в это время практически никого не бывает.