Искусство перевоплощения

Тут бы и воцариться так называемому неловкому молчанию, но в это мгновение дверь распахнулась, и на пороге показался развеселый Василий с трехлитровой банкой соленых помидоров в одной руке и большим шматом сала в другой:

— Чего молчим, девочки… и мальчики? — Он подмигнул мне. Не думаю, чтобы жена его не заметила этого. — Я ж из зоны вернулся. По нормальному человеческому общению соскучился. А вы молчите теперь…

Сало и соленые помидоры мы ели тем не менее, не разговаривая — не получался почему-то разговор. Не клеился.

Я заметила, что Галина злится — просто вида не показывает. На меня, что ли, злится? Прямо Везувий какой-то, а не Галина.

— Ну, Василий, — изо всех сил стараясь казаться спокойной и говоря оттого придушенным и злым голосом, произнесла Галина, — ты как — на чай только зашел или навсегда домой вернулся?

Вася, очевидно, не разобрал зловещую интонацию в ее голосе. Он неторопливо отложил кусок хлеба с салом, вытер губы и начал:

— Понимаешь, Галюнчик, такая ситуация сложилась, что нам с… Евгением нужно спрятаться на время, так что… Но я к тебе буду приходить, не сомневайся…

— Приходить будешь! — завизжала вдруг, перебив его, Галюнчик.

Ого-го, Везувий взорвался. — Приходить?! А пока с дружком своим, пидором, поживешь, да?! А сказочку эту про бандитов специально придумал?!

— Ну-ну, чего ты… — оторопел Василий.

— Пидором стал?! Забыл жену?! Жену забыл, да, козел?! Развелся, так, думаешь, все? Я же жизнь свою через тебя, дурака, угробила!

— Чего? Каким пидором? Я что-то не въезжаю… — Василий совсем уж беспомощно глянул на меня — выручай, мол, а то ославят на весь город…

— Каким пидором?! Не понимаешь, да?! Баба нормальная тебе уже не нравится? Так, что ли?! — надрывалась Галина.

Она вдруг вскочила из-за стола и распахнула на себе халат, явив нашим взорам изрядно потрепанную временем грудь. — Пидоров теперь тебе подавай?!!

От такого искушения я отказаться не могла — я тоже поднялась и, задрав на себе свитер, продемонстрировала свои прелести.

Вот так. Контраст, как говорится, налицо. Галина сразу же замолкла, раскрыв рот. Василий же негромко промычал что-то. В мычании его ясно слышалось восхищение. Оценил, значит.

Я опустила свитер.

— Гражданка Толстикова, — строгим начальственным тоном произнесла я, — перед вами спецагент Федеральной службы безопасности. Мы с вашим мужем Толстиковым Василием Федоровичем находимся на особо важном задании. Маскировка, полагаю, говорит сама за себя.

Галина молчала.