Искусство перевоплощения

Он что-то пробормотал — что-то вроде: «Не хочешь, как хочешь», и моментально уснул.

Я же вернулась к себе.

Вообще-то, устала не очень, и спать совсем не хотелось, но управлять своим организмом — первое, чему нас учили в специнституте.

Я вытянулась во весь рост, полностью расслабилась, грамотно отрегулировала дыхание и через минуту уже спала.

* * *Как это ни странно, ночью Василий не просыпался. Я поднялась с постели в половине седьмого, приняла душ, сварила кофе — на кухне нашлась банка приличного молотого кофе, — налила себе чашечку и закурила первую утреннюю сигарету.

Вскоре — это было уже около восьми — послышались шаркающие шаги, и в проеме кухонной двери показался Вася. Слава богу — в штанах.

— Ну-с, — пригубив кофе из чашечки, осведомилась я, — проснулся?

Василий издал непонятный звук, похожий и на кашель, и на мычание одновременно. Кивнул. Должно быть, этот комплекс усилий означал «да».

— А какова наша культурная программа на сегодняшний день? — продолжала интересоваться я.

Вася, проигнорировав чайник на плите, открыл водопроводный кран и припал губами к забившей оттуда струе воды. Напившись, он посмотрел на меня, почесал опухшее свое лицо и неопределенно что-то буркнул.

«А ведь он в чем-то прав, — задумалась я, — действительно, как же мне его теперь развлекать-то? Может, на самом деле в театр?»

Мой клиент со вздохом уселся за стол и с видимым отвращением закурил.

— Похмелиться бы мне, — с мрачной задумчивостью произнес он.

Запустил руки в карманы брюк и принялся там шарить.

Это чтобы полностью контролировать уровень алкоголя в Васином организме. Вчерашний день показал, что пить ему… лучше не стоит. А без денег, как известно, не наливают, вот и пусть теперь под моим руководством… умеренно потребляет. Если уж без этого совсем нельзя.

— Чего это? — вынув руки из карманов, спросил Вася таким тоном, как будто ничего ни у кого и не спрашивал.

— Я их того, — произнесла я бесстрастно, — экспроприировала. Во избежание…

Василий попытался грозно нахмуриться и слабо так пристукнул кулаком по столу. На этом его акция протеста завершилась, силы, должно быть, оставили — все-таки похмелье.

— Как же?.. — только и смог произнести он.

И так еще жалобно произнес, что я чуть не растерялась.