Искупление 6

Сражение с ее матерью, когда мы добрались до больницы, было еще одним событием, которого я не ожидал. Честно говоря, я не винил Триш за то, что она хотела быть со своей дочерью.

Это был жаркий спор, в результате которого я победил, когда вмешалась Моллой и сказала акушерке, что я тот, кого она хочет видеть с собой.

Прошло несколько часов с тех пор, как нас отвезли на роды, и пока она расширялась и достигла семи сантиметров в соответствии с ее последним внутренним состоянием, казалось, что это тянется вечно.

Вдыхая газ и воздух, как будто это выходило из моды, моя девушка балансировала на родильном шаре, покачивая бедрами, когда из нее вырывались самые ужасные звуки, которые я когда-либо слышал в своей жизни.

Я хотел спасти ее.

Я хотел положить конец ее страданиям, черт возьми.

Но я был совершенно беспомощен.

Корчась от боли, когда ее тело пыталось изгнать ребенка, которого я туда поместил, я никогда в жизни не чувствовал себя таким чертовски виноватым.

Даже сейчас, когда она прислонилась ко мне в своей родильной палате, в муках очередной схватки, все, что я хотел сделать, это извиниться.

Иисус Христос.

– Мне нужно в туалет, - заявила она, поворачиваясь боком на мяче, чтобы схватить меня за плечи. – Джо, мне нужно идти прямо сейчас.

– Хорошо, - ответил я, пытаясь сохранять спокойствие, когда ее лицо приобрело глубокий оттенок красного. – Я помогу тебе.

– Что такое? – спросила акушерка, которая задержалась поблизости, когда я направился в смежную ванную, а моя девушка тяжело прислонилась ко мне.

– Ей нужно в туалет, - объяснил я. – Я просто забираю ее сейчас.

– Нет, нет, нет, - ответила акушерка, вместо этого подводя нас к кровати. – Залезай, Ифа, и дай мне осмотреть тебя.

– Нет, ты не понимаешь, - простонала Моллой, забираясь на кровать, а затем корчась от боли, когда медсестра наступила ей между ног. – Если ты сию же секунду не позволишь мне сходить в туалет, я обосру тебя!

– Как я и думала.У тебя полное расширение,Ифа, - заявила акушерка. – Ты готова к освобождению.

– Какашки?

– Нет, ребенка.

– О, Иисус, Джо.- Вскрикнув, она схватила меня за руку и притянула к себе. – Если я сру перед тобой, пожалуйста, не держи на меня зла.

– Моллой, - уговаривал я, убирая волосы с ее липкого лица. – Ты можешь делать все, что захочешь, передо мной, хорошо?

– Это утешает, Джо, - воскликнула она, обвивая рукой мою шею и захватывая меня в захват на голове, которым Кав гордился бы. – Потому что я думаю, ты скоро увидишь, как я выгляжу изнутри.