Искупление 6

Он все еще думал, что мать, которую он оставил более полувека назад, все еще была внутри оболочки, сидящей за кухонным столом. – Мам. Ответь нам. Выглядя усталой, Шэннон покачала головой и отвернулась от мамы. Даррен, тем не менее, продолжал наблюдать за нашей матерью, как будто он ждал какого-то божественного вмешательства.

– Не беспокойся, - услышал я свой голос, говорящий ей «Золотой мальчик». – Потому что она сломлена. Вы поймете это достаточно скоро.

– Джо.- Подбежав ко мне, как расшалившийся жеребенок, наша сестра обвила руками мою шею и прижалась ко мне.

Я хотел.

Все еще была часть меня, живая внутри, которая хотела исправить это для моей сестры.

Для мальчиков.

Но я был так чертовски измотан.

Казалось, что моя голова больше не работает должным образом. Что бы старик ни сделал со мной на кухне тем вечером, это сломало меня. Веревка, которая соединяла мое сердце с головой, была перерезана.

Это было выбито из меня.

– Это то, чего ты хотел, Даррен.

Он не ответил. Вместо этого он отодвинул свой стул и встал. Бросив последний взгляд на нашу маму, он развернулся на каблуках и ушел.

– Я больше не знаю, чему я удивляюсь, - пробормотала Шэннон.

Звук закрывающейся за ним входной двери был единственным подтверждением, в котором я нуждался, чтобы убедиться, что я был прав.

Его возвращение было временным.

Он бы не стал этого терпеть.

Он не смог в первый раз.

На этот раз ничего не изменится.

С матерью всех головных болей и моим телом в состоянии ломки я обошел Шэннон и направился к плите. Мама могла выписаться, а Даррен мог убежать, но в доме все еще оставалось четыре рта, которые нужно было накормить.

Борясь с дрожью в руках, я приготовил кастрюлю с макаронами и поставил ее вариться на плиту, прежде чем обратить свое внимание на женщину в углу.

Она не сдвинулась с места.

Меня это не удивило.

Это ничего не сделало со мной.

Я чувствовал себя совершенно мертвым внутри, когда подошел к тому месту, где она сидела, выхватил сигарету у нее изо рта и затушил ее в уже переполненной пепельнице.– Вставай. От тебя воняет дымом и выпивкой.

Ничего.