Искупление 6

– Если у тебя есть что-то, что ты хочешь мне сказать, тогда ты можешь не стесняться.

Молчание.

– Ты зла на меня.

Еще большее молчание.

– Ты винишь меня.

Она не ответила, предпочтя закрыть уши руками.

– Признайся, - потребовал я, чувствуя себя бессильным и раздраженным, когда моя грудь поднималась. – Что бы ты ни хотела сказать мне, черт возьми, Моллой, просто признайся.

– Хорошо, Джоуи, хорошо! Ты хочешь знать, что я чувствую? Мне больно! – она кричала, взбираясь на колени и бросая в меня подушку.

– Потому что меня почти изнасиловали сегодня вечером — мужчиной, который выглядит как ты! И я оказалась в этом положении из-за тебя! Потому что тебе было на меня насрать, чтобы поднять телефон и рассказать мне, что происходит. Потому что ты не думал обо мне, когда ушел и не вернулся!

И вот оно.

Теперь это сказано.

Она обвиняет меня так же, как и я обвиняю себя.

– Когда он схватил меня, я стояла спиной к нему, - она кричала хрипло. – Я думала, что это был ты… Я думала, что это был ты, Джоуи! Но это не был ты.

Это не были твои руки на моем теле, не твой язык на моей коже или твои пальцы в моих волосах, и теперь я не знаю, что чувствовать.

Я дернулся. – Господи.

Только когда я подумал, что я не могу себя больше ненавидеть, она раскрыла рот и выдала свою правду.

С перекошенным храпом она кричала, – Итак, да, я зла на тебя, и, возможно, это иррационально, и мои эмоции все не на своем месте, но я зла и больна, и я так чертовски зла на тебя.-Ее голос треснул, и она выдохнула еще один болезненный храп, прежде чем признаться.

– Потому что я была здесь сегодня вечером для тебя. Заботилась о твоих братьях для тебя. И потому что каждая ужасная ситуация, в которую я попадала в последний полтора года, была для тебя. Я продолжаю получать раны, потому что я люблю тебя!

Я чувствовал ее духи на моей коже, ощущал ее разрушение вокруг меня, когда она смотрела мне в глаза и вырывала мое сердце из груди.

Вот что я и пытался предотвратить.

Я не хотел влюбиться в нее, но я сделал это. Я не хотел пустить ее в свою жизнь, но я сделал это. Все, чего я никогда не хотел делать, я сделал с ней, для нее, потому что я любил ее. Потому что она отказывалась принимать что-то меньшее.

Мне не было известно, что сказать, чтобы все исправить.

У меня не было слов, чтобы утешить ее в этот момент.

Я не мог отрицать или отталкивать то, что она говорила.

Сложно было это слышать, но это была правда.