Исчезающие в темноте

Марк мог бросить «магию», снова заняться живописью, но заставить его перестать дразнить людей не могла никакая сила. Особенно если они ему не нравились. Иначе это был бы уже не Марк.

— Из-за того, что видите призраков?

— Тогда это называлось шизофренией.

Девица явно не ожидала, что Марк не станет отрицать этого факта в своей биографии, и снова растерялась.

— Так что же это было на самом деле?

— Почему вы говорите об этом в прошедшем времени?

Рита уткнулась лбом в его плечо и глубоко вдохнула, пытаясь сдержать смех.

"— А как насчет той истории, что произошла с вами год назад? — журналистка не собиралась уходить с выставки без грязной сенсации.

— С какой именно? — уточнил Марк, и его голос неуловимо изменился.

— С той, где ваша сумасшедшая подружка убила гадалку, на которую вы работали. Ее ведь так и не нашли, да?

Марк ничего не ответил. Рита замерла, прислушиваясь к происходящему и выбирая момент, когда ей стоит вмешаться, чтобы он не наговорил того, о чем потом станет жалеть, а затем медленно подняла голову.

— Марк? — тихо позвала она.

Он сжал ее ладонь, сунул ничего не понимающей журналистке в руки свой бокал с шампанским и бросился вперед, потащив Риту за собой. Та в последний момент тоже успела отдать девушке бокал, из которого все равно не собиралась пить. Журналистка проводила их удивленным взглядом, держа в руках два бокала с шампанским и даже забыв закрыть рот.

— Марк, что случилось? — спрашивала Рита, торопясь за ним. Удивительная прыть для человека, не расстающегося с тростью.

— Там Лера, — не оборачиваясь, сказал Марк.

— Что? — Рита посмотрела вперед, на толпу людей, к которой они приближались. Она переводила взгляд с одного человека на другого, не зная, куда смотреть.

Лера тогда так и не объявилась. Марк рассказал Рите о деньгах, которые оставлял для нее и которые она так и не забрала, несколько раз пытался вызвать ее из мира мертвых, но она не отозвалась. И никто из них не понимал, жива она или мертва.