Хорошая девочка (СИ)

Он подошел ближе, желая еще раз рассмотреть синяк Ксении.

Внезапно поймал себя на крамольной мысли — бывшая пахнет его сыном. И теплом.

Ксения продолжала хмуриться. Интуитивно подалась назад, точно он нарушил ее личное пространство."

"Юрий заскрежетал зубами. У них и раньше были с этим проблемы. Ксения не особо любила, когда он подходил слишком близко. Да чего уж! Интересный у них был брак. Договорной.

Она от него залетела. Он на ней женился. Типичная история. Ни о какой любви не шло и речи. Хованский честно планировал жить с этой девочкой долго и счастливо, искренне веря, что отлюбил по молодости и по дурости Лизку и ему больше не нужны бури в жизни.

Ксения его устраивала. Из хорошей семьи, красивая, неглупая. Согласилась, что, пока ребенок маленький, работать не будет. А там… А там и дальше не будет. В вопросе семьи Юрий был тем еще домостроем.

Но вот секс…

Ай, ладно. Не про их семейную жизнь сейчас.

— Есть будешь? — буркнула Ксения, разворачиваясь в сторону шкафа.

Короткий шелковый халат неприлично сексуально очертил ее попочку.

Он этого халата не помнил.

Хм…

— А ты покормишь?

— Есть овощное рагу и котлеты куриные.

— Буду.

Черт!

Он после командировки ест у бывшей жены. Картина маслом.

На просторной кухне царил идеальный порядок. Детская посуда вымыта и аккуратно сложена в отдельной сушилке. Рядом ничего. Ни мокрых тряпок, ни грязных бокалов.

На столе только салфетница и солонка. Юрий сглотнул и отодвинул стул.

— Я хочу знать, откуда у тебя синяк.

Ксения никак не отреагировала. Поставила на стол прибор и сдержанно улыбнулась.

Молча.

Так же молча отошла от него и достала из микроволновки тарелку с дымящимся рагу.

Во рту Хованского внезапно образовалось слишком много слюны. И не факт, что слюноотделение напрямую связано с потрясающим запахом домашней кухни.

Пять месяцев… Всего пять месяцев назад они расстались, а кажется, вечность.

— Хлеб ржаной или батон?

— Ксения… — Он давил интонацией.

Внезапно его бывшая жена улыбнулась. Шкодливо. Так, как улыбаются дети, когда намереваются сделать шалость.

И от этой улыбки Ксении у Юрия нутро свело. Потому что она ни разу в жизни не улыбалась подобным образом.

— Ой, Хованский, не рычи, больше не страшно.

ГЛАВА 2

Больше не страшно.

Это как вообще понять?

Фраза возникла в голове еще до того, как Юрий открыл глаза. Он по инерции протянул руку, ощупав матрас.

Кровать рядом пустовала.