Исчезновение Стефани Мейлер

Мы сильно продвинулись вперед, но до конца расследования было еще далеко. За последние двадцать четыре часа мы выяснили, что Джеремайя Фолд, возможно, умер не случайно, что его могли убить. Куски бампера и осколки фар, которые тогда подобрал спец агент Грейс, находились в руках криминалистов, те подробнейшим образом их изучали.

Благодаря рассказу Миранды Берд, которой мы обещали хранить ее прошлое в глубочайшей тайне, у нас добавилась еще одна улика: татуировка с орлом на лопатках у мужчины.

Костико, единственный человек, который мог привести нас к владельцу газового баллончика, со вчерашнего дня бесследно исчез. Его не было ни в клубе, ни дома. Тем не менее его машина стояла на месте, дверь была не заперта, а когда мы вошли, оказалось, что у него включен телевизор.

В довершение всего нам пришлось защищать Майкла Берда, которого Браун обвинил в том, что он передал информацию о пьесе в «Нью-Йорк таймс»: утром там появилась статья, которую теперь все обсуждали и в которой о членах труппы и о достоинствах пьесы говорилось в самых нелестных выражениях.

Браун срочно созвал совещание у себя в кабинете. Когда мы приехали, там уже были Монтейн, майор Маккенна и Майкл.

— Может, вы объясните, что это за херня? — ревел Браун в физиономию бедняги Майкла, потрясая выпуском «Нью-Йорк таймс».

— Вас так волнует критика, господин мэр? — вмешался я.

— Меня волнует, что в Большой театр может проникнуть кто угодно, капитан! — рявкнул он. — Слов нет, что такое! Вход в здание охраняют десятки копов, как этот тип сумел просочиться внутрь?

— Теперь за безопасность в городе отвечает Монтейн, — напомнила мэру Анна.

— Мои люди никого не пропустят, — возразил Монтейн.

— Не пропустят они, мать их за ногу! — разозлился Браун."

"— Наверняка кто-то изнутри впустил журналиста, — заметил Монтейн. — Может, собрат по профессии? — предположил он, поворачиваясь к Майклу.

— Я здесь ни при чем! — оскорбился Майкл. — Я вообще не понимаю, что я делаю в этом кабинете.