Исчезновение Стефани Мейлер

Это продолжалось два года, наверно, несколько десятков. Джеремайя часто пополнял запасы шестерок. Не хотел использовать их слишком долго, боялся, что полиция их вычислит. Он любил заметать следы. Мне было страшно, я была несчастная и подавленная. Я не знала, что со мной будет. Девицы с парковки говорили, что те, кто работал приманкой до меня, все либо умерли от передоза, либо покончили с собой.

— Одна девица из мотеля рассказала нам, что в январе 1994 года Костико не сумел справиться с шестеркой. Один парень не дался.

— Да, что-то такое помню, — сказала Миранда.

— Нам бы хотелось его найти.

Миранда вытаращила глаза:

— Это было двадцать лет назад, я почти ничего не помню. А как это связано с вашим расследованием?

— Этот человек распылил в Костико слезоточивый газ. А тот, кого мы ищем, как раз большой любитель баллончиков со слезоточивым газом. Мне кажется, это не может быть случайным совпадением. Я должна найти этого человека.

— К сожалению, он мне не сказал, как его зовут, а лицо я, боюсь, уже не вспомню.

— По моим сведениям, этот человек удрал нагишом. Может, вы заметили на его теле какой-нибудь отличительный знак? Особую примету?

Миранда закрыла глаза, словно старательно шаря в памяти. И внезапно вспомнила:

— У него была большая татуировка на лопатках. Парящий орел.

Анна немедленно записала.

— Спасибо, Миранда. Ваши сведения могут оказаться очень ценными. У меня есть еще один, последний вопрос.

Она показала Миранде фотографии Гордона, Теда Тенненбаума и Коди Иллинойса и спросила:

— Кто-нибудь из этих людей был шестеркой?

— Нет, — уверенно ответила Миранда.

— Что вы делали после смерти Джеремайи? — спросила Анна.

— Вернулась наконец к родителям, в Нью-Йорк. Окончила школу, поступила в университет. Понемножку восстановилась. А потом, спустя несколько лет, встретила Майкла. Благодаря ему у меня снова появились силы жить. Он невероятный человек.

— Это верно, — кивнула Анна.

Женщины вернулись в Бриджхэмптон. Когда Миранда выходила из машины, Анна спросила ее:

— Вы уверены, что все в порядке?

— Совершенно уверена, спасибо.

— Миранда, вам однажды придется обо всем рассказать мужу. Все тайное рано или поздно становится явным.

— Знаю, — грустно кивнула Миранда.

Джесси Розенберг

Пятница, 25 июля 2014 года

Накануне открытия фестиваля

До открытия фестиваля оставались сутки.