Искатель – 11

Несмотря на все путы и крепкую фиксацию, кожа Ванессы осталась гладкой и без единого покраснения. Она филигранно умела обращаться со своими лозами.

Ванесса лежала безвольно, с глуповатой улыбкой на лице, пока моё семя вытекало из её отверстий.

— Это оказалось намного лучше, чем я могла себе представить даже в самых извращённых фантазиях, — сказала она, целуя меня в шею. — И поверь, требования у меня очень высокие. Твои жёны хорошо поработали, научив тебя ублажать женщину, я им даже немного завидую.

— Жаль, что мы не сможем этого повторить, — задумчиво сказал ей.

— Да, мы, кажется, поладим, — со вздохом сожаления она сползла с кровати и потянулась к полотенцу, что лежало на комоде рядом с кувшином воды и куском мыла. Ванесса встала и начала быстро приводить себя в порядок. — Так мне присоединиться к вашей группе до конца твоего пребывания в Тверде, или встретимся, когда будешь уезжать? Я могу отправиться в Терану и сама.

— Ни в коем случае, мы теперь попутчики, — я неохотно поднялся и тоже начал обтираться влажным полотенцем.

— Завтра? — рассмеялся Ванесса. — До рассвета осталось всего несколько часов.

Я посмотрел на окно. Темнота за ним и вправду казалась уже не такой густой. Вот же чёрт!

— Мне нужно хоть немного поспать. Может, просто сбросим эти простыни и ляжем на голый матрас?

— М-м, наверное, это плохая идея, — с некоторым сожалением сказала она.

Я бросил последний долгий взгляд на её великолепное тело, прежде чем мысленно переключить тумблер и перестать воспринимать её так.

По крайней мере попытался.

— Кстати, насчёт рассвета. Что на самом деле происходит с вампирами на солнце? — спросил я, натягивая штаны.

Ванесса поморщилась.

— Мы не вспыхиваем и не сморщиваемся как изюм под его лучами, если ты об этом, — она лениво провела пальцами по своей бледной коже. — У тебя есть рыжеволосая жена с бледной кожей, так что ты должен знать, как легко она сгорает на солнце. Так вот, вампиры сгорают ещё легче, поэтому мы никогда не загораем. Обычно носим перчатки и шляпы, чтобы защититься от прямых лучей, как какая-нибудь леди, оберегающая цвет своего лица.