Иным путем

Санкт-Петербург, «Новая Голландия».

Глава ГУГБ тайный советникТамбовцев Александр Васильевич

Сегодня днем император Михаил огласил свое решение об отправке семейства великого князя Владимира Александровича в ссылку на Таймыр. Конечно, на карте нашей необъятной Родины есть еще немало «курортных местечек», где под визг пурги и вой вечно голодных волков можно всласть подумать о годах сытной и беззаботной жизни. Ну Таймыр так Таймыр…

Сам я во время той беседы не присутствовал, но думаю, что Михаил был великолепен.

Если бы речь шла лишь о Владимире Александровиче, то, скажу честно, с моей точки зрения, загонять полностью деморализованного и впавшего в беспросветное отчаяние старика в тундру было бы просто негуманно.

Михень отошла от шока и дала волю своему длинному языку. Она умудрилась наговорить в адрес императора и его матушки такого, что заработала себе сверх всего еще до восьми лет каторги за «оскорбление Величества» (статьи 246 и 248 Уложения о наказаниях). Но сейчас это уже не столь важно.

"Кирилла Владимировича тоже проняло, только, пожалуй, несколько по-иному, чем его матушку. Его единственной мыслью сейчас была мысль о побеге. Бежать, как можно скорее и как можно дальше. Когда Андрей Владимирович, весьма косвенно вовлеченный в семейный бизнес по организации госпереворота, начал говорить, что, может, еще все образуется, и Михаил их помилует, Кирилл чуть ли не с кулаками набросился на брата.

– Помяните мое слово, – кричал он, – этот император войдет в историю как Михаил Лютый или Михаил Свирепый.