Инь, янь и всякая дрянь

Легкий загар, покрывавший лицо и шею скандалистки, куда-то испарился – кожа стала серо-синяя, губы превратились в голубые нитки, щеки словно прилипли к скулам, глаза запали.

– К-какого Крюкова? – хриплым голосом спросила грубиянка.

– Михаила, – ядовито улыбнулся Василий. – Забыли? Напоминаю: Крюков Михаил Анатольевич, проживал по улице Кусинской, дом четыре. Дальше говорить? Или уйдешь сама?

Полина развернулась и убежала.

– Чего она испугалась? – поразилась Зина.

– А, ерунда… – отмахнулся супруг. – Думает, ей до сих пор все можно.

Василий весело засвистел и вновь полез под капот. Зину скрутило любопытство. Она позвала:

– Вася!

– Чего?

– Кто такой Крюков? Почему Полина так испугалась?

Василий захлопнул капот и стал вытирать руки ветошью.

– Знаешь, Зина, – сказал он, – были такие короли, которых народ прогнал. Ну, типа, революция пришла. Монарх с одним чемоданом в другую страну рванул и живет там преспокойненько… нищим.

– И что? – не поняла Зина.

– Денег нет, власти тоже, а гонор остался.

Муж примолк, а Зинаида запрыгала на месте, как девочка:

– Вася! Расскажи!

Супруг нахмурился.

– Нет. Забудь. Ерунда. Люди часто ошибки совершают.

– Что?

– Все! – рубанул Вася. – Но Серафима жива, и вовсе не дурь она несет. Да! Короче, Зинаида, мы больше на эту тему никогда не беседуем, а ты стараешься от Полины подальше держаться. Скажет она тебе гадость – мимо пройди. Таков мой тебе категорический приказ. А сейчас сбегай домой, принеси мне компоту попить!

Зинаида послушно поспешила в квартиру, налила стакан и аккуратно понесла его к гаражу.

– Пугать меня решил?

– Нет, – спокойно ответил Вася, – просто дал понять: тебе лучше вести себя тихо.

– Кто наболтал тебе про Крюкова?

– Птички спели.

– Да тебе завтра голову оторвут!

– Кто?

Повисло молчание.

– Кто? – повторил Василий. – Кто? Ага, дошло наконец. Лаборатория закрыта, Сергей Семенович умер. Альберт из Москвы уехал, концов не найти. Наверное, документы сменил.