Имперский союз

Вот я этим и занимаюсь сейчас. Толковых привечаю, нерадивых наказываю. Правда, до розог еще дело не доходило. Хотя и хотелось порой… Ведь и в армии рукоприкладство не приветствовалось, хотя иной раз руки так и чесались дать подзатыльник какому-нибудь балбесу.

– Да, Виктор, – усмехнулся Тихонов, – смотрю, ты тут уже настоящим барином стал. Суровым, но справедливым. Будешь создавать образцовую ферму, или как это сейчас называется – я уже запамятовал…

– Ну, не колхоз – это точно, – захохотал Сергеев. – А если серьезно, то пробую приучить людей к тому, что можно и при крепостном праве жить по-человечески.

– Ладно, Виктор, – сказал Тихонов, – давай, трудись. И не забывай, что ты профессиональный военный, а твои знания и опыт надо будет передать здешним коллегам. Ну, и технический прогресс тоже надо двигать вперед.

А я вот ума не приложу – что мне здесь делать. То, что потребуется наладить качественную работу портала – это понятно. Буду работать вместе с Антоном.

Только как мне двигать здесь вперед прогресс в области электроники? Тут даже само понятие «электричество» совсем недавно перестало быть чем-то вроде циркового аттракциона. Есть уже серьезные ученые, можно подсказать им несколько идей. Только стоит ли? Ведь сейчас нравы в науке царят патриархальные, и все новые идеи, новые изобретения ученые спешат опубликовать в толстых научных журналах. Словом – по секрету всему свету. Никакого понятия о гостайне.

Можно, конечно, создать что-то вроде сталинской шарашки, куда поместить самых головастых ученых, и полностью засекретить их исследования. Но ведь не прокатит сия идея. Не приучен еще народ к подобным выкрутасам."

"– Ну да, – улыбнулся Сергеев, – Николай Павлович уж на что крут, но до товарища Сталина ему далеко.

Да и не все здесь так уж плохо. Взять, к примеру, капсюльные ружья. В нашей истории русская армия перешла на них в 1842 году – через два года после французов.