Имперский союз

А Денис, в стиле поручика Ржевского, беседовал с Адини, которая смеялась над его шутками, посматривая при этом на Николая. Сергеев-младший больше молчал, лишь иногда спрашивая Адини о магазинах, которые попадались им по пути.

Так, не спеша, они подошли к Казанскому собору, остановились перед ним и долго любовались его стройной колоннадой и памятниками Кутузову и Барклаю, установленными перед собором три года назад. Еще не было в помине ни Дома книги, ни храма Спаса на Крови. И потому вид Екатерининского канала был непривычен для людей XXI века.

Вадим рассказал цесаревичу о тех злоключениях, которые претерпел в XX веке этот памятник воинской славы и один из главных соборов Петербурга. Александр лишь качал головой, слушая рассказ Шумилина-младшего.

– А сейчас что в этом соборе? – поинтересовался он у Вадима. – Надеюсь, его снова освятили и проводят в нем службы.

– Да, освятили, – ответил Вадим, – и он теперь стал кафедральным собором Санкт-Петербурга.

Дойдя до кондитерской Вольфа и Беранже у Полицейского моста, Николай остановился и посмотрел на заведение, из которого Пушкин со своим секундантом Данзасом отправился на роковую для него дуэль.

Он с минуту постоял, словно отдавая долг памяти великому русскому поэту, а потом посмотрел на притихшую Адини и улыбнулся ей. Эта удивительная девушка нравилась ему все больше и больше. В ней было столько чистоты и нежности, доброты и искренности…

Николай вздохнул. Он знал, что только в сказках простые люди – а к таковым он относил себя – женятся на принцессах.

"«А может быть, сбежать с ней в будущее? – неожиданно подумал он. – Там отец над ней не властен, да и достать ее он там вряд ли сможет. Документы для нее сварганим, уедем куда-нибудь на другой конец страны – ищи-свищи нас. Вот только Адини вряд ли решится на это… Да и не стоит пороть горячку. Мало ли что может произойти – накроется, к примеру, чудо-машина Антона, и останемся мы каждый в своем времени.

– А вот и наш дворец, – сказала Адини. – Может быть, зайдем к нам в гости? Я познакомлю вас с братьями и сестрами. Да и мамá будет рада увидеть тех, кто принял такое участие в моей судьбе…

– В самом деле, господа, – обратился к ним цесаревич. – Погостите у нас. Ольга Валерьевна тоже будет рада вас видеть. Она ничего не говорит, но я вижу по ее лицу, что ей хочется пообщаться со своими друзьями.