Империя Греха

Она ждет меня, ее лицо безучастно, но она ничего не говорит.

Слова никогда не были и не будут ее сильной стороной. А еще она настоящая заноза в заднице, потому что знает, что может добраться до меня одним только взглядом.

Именно так она выражала мне свой дискомфорт, когда мы были детьми и она не говорила.

После минутного бесплодного раздумья я говорю:

— Одна девушка хотела, чтобы я представлял ее интересы, потому что она подала в суд на своего отца за сексуальное насилие и требует денежной компенсации.

Тот взгляд возвращается, тусклый, который убивает весь свет в ее глазах.

И мне хочется застрелиться. Вот почему у меня нет желания говорить ей, вот почему я держу все это в себе.

Я гребаный ублюдок, но у меня одна цель — защитить свою младшую сестру. И я только что с блеском ее провалил.

— Послушай, Ти, это не...

— Я так и знала, — говорит она спокойным тоном.

— Знала что?

— Ты от меня что-то скрываешь.

— Я ничего не скрываю. Это просто работа. Тебе не о чем беспокоиться.

— Но работа влияет на тебя. Я вижу, как на твоем лице появляется твердость, Нокс.

— Я в порядке.

— Я тоже так говорила, и мы оба знаем, чем это закончилось.

— Я адвокат по уголовным делам, Ти. Я справлялся и с худшим, чем это.

— Худшим, да, но не в этом случае.

— Разве ты не говорила мне защищать тех, кто так же беззащитен, как и мы?

— Нет, если это тебя задевает, если это лишает тебя человечности и забирает тебя у меня.

— Кто кого забирает? — раздается мужской голос с ее стороны, прежде чем Ронан, ее муж, появляется рядом с ней.

Он без рубашки и несет полуголого Ремингтона на руках. На них обоих полотенца, а волосы мокрые. Это шампунь на голове Реми?

— Папа... — мой племянник хлопает в ладоши, затем показывает на меня. — Дядя Нокт...

Вот кто я для своего трехлетнего племянника — тарабарщина из согласных и гласных.

— Привет, дружище."

"Я улыбаюсь ему, благодарный за то, что они прервали меня. Если бы они не появились, разговор с Тил мог бы перейти в катастрофическое русло.

— Привет, дядя Нокт! — он снова хлопает в ладоши. — Папа сделал мне ванну.

— Верно. Кто твой любимчик?

Ронан протягивает ему кулак, и он ударяет по нему, неудержимо хихикая.

— Папочка!

— Хорошо, иди переоденься и дай мне поговорить с твоим дядей Ноксом.