Империя Греха

— Тогда чего ты хочешь? Некого адвоката, который сейчас выступает против нас в суде?

Мои губы размыкаются.

— Откуда... откуда ты знаешь о нем?

— Адриан мне все рассказал.

Конечно, Адриан будет играть на обеих сторонах. Я была глупа, полагая, что он этого не сделает.

— Я также слышал, что ты хочешь, чтобы он победил. — его выражение лица становится замкнутым. — Против нас.

— Он защищает жертву физического и сексуального насилия, папа, как и моя мать. Если она что-то значила для тебя, если я что-то значу для тебя, пожалуйста, перестань вмешиваться.

— Значит, ты хочешь, чтобы я думал, что ты делаешь это ради девушки, а не ради какого-то... — он прервался, уставившись на папку перед собой. — Нокс Ван Дорен.

Что-то режет мои внутренности при мысли, что у папы уже есть досье на него. Это снова был Адриан? Или, может, Кирилл?

— Он не имеет к этому никакого отношения, — бормочу я.

— Лучше бы ему не иметь к этому отношения, иначе он станет сопутствующим ущербом.

— Отец, не надо... пожалуйста.

— Он не такой, как ты думаешь, Настюша.

— Что ты имеешь в виду?

— Это дело слишком личное для него.

— Как оно может быть личным? Он не знает ни Сандру, ни Мэтта.

— Нет, но он хорошо знаком с обстоятельствами Сандры, так как сам прошел через нечто подобное. Мои люди приложили немало усилий, чтобы достать мне эту информацию, поскольку его приемный отец практически похоронил это, но он не смог скрыть от меня."

"— О чем ты говоришь? — я понимаю, что дрожу, мои пальцы сцеплены вместе, а пот собирается между моими бровями.

— Его мать была проституткой и наркоманкой.

— Он уже говорил мне об этом.

— Он также говорил тебе, что, когда ее тело перестало представлять ценность, она продавала двух своих детей педофилам?

Я задыхаюсь, мои руки пытаются прикрыть рот. Информация, которую папа только что так непринужденно раскрыл, врезается в мою грудную клетку и раскалывает ее.

Несмотря на мои попытки отвергнуть ее, сказать ему, что это неправда, многие кусочки головоломки встают на свои места.

Я думала, что это он был придурком, но, должно быть, это произошло потому, что она как-то спровоцировала его. Потому что ее история вызвала ужасные воспоминания из его собственного прошлого.

О, Боже.

Я была невежественна.

Так чертовски невежественна.