Империя Греха

Ты знаешь меня как человека, который сдается? Когда-либо?

Ее плечи горбятся, когда она сама приходит к такому же выводу. Возможно, мы вместе всего несколько недель, но она знает меня лучше, чем кто-либо другой.

Она знает, что я этого не оставлю.

— Почему бы тебе не рассказать мне, что происходит, вместо того чтобы выбирать путь бегства?

— Я не могу.

В ее голосе звучит такая боль, такое поражение, словно вся тяжесть мира осела на ее стройные плечи.

Поэтому я смягчаю голос:

— Это как-то связано с твоей семьей?

— Ты не должен знать.

— Значит, связано. — я сделал паузу. — Так вот почему замок испорчен. Здесь кто-то был?

Она напрягается.

— Н-нет.

— Ты такая плохая, блядь, лгунья. Кто здесь был?

— Никого.

Моя рука вырывается и обхватывает ее горло. Так я могу прижаться к ней, чтобы не дать волю своему гневу, потому что этот ублюдок уже на грани того, чтобы сжечь все на своем пути, пока мы разговариваем.

Ее глаза переходят на мои, и хотя они карие и фальшивые, эмоции за ними не такие.

Не меня — по крайней мере, я надеюсь, что нет.

Но он есть, и разъедает что-то внутри нее.

И во мне.

Никогда не думал, что когда-нибудь буду общаться с другим человеком, кроме моей сестры-близнеца. Никогда не думал, что буду чувствовать ее эмоции еще до того, как она сама их осознает.

Но в этот момент, прямо здесь, я знаю, просто знаю, что сделаю все, чтобы эти эмоции ушли.

— Анастасия, я здесь на твоей стороне, так что не заставляй меня принуждать тебя говорить.

— Ни... никто...

Теперь это шепот, причем призрачный.

Я крепче прижимаю ее к себе, подушечки моих пальцев впиваются в чувствительную плоть ее бледного горла. Когда я говорю, то произношу низким предупреждающим тоном.

— Анастасия...

— Просто оставь меня в покое, Нокс. — слеза скатывается по ее щеке. — Отпусти меня.

— Нет.

— Почему? Какого черта ты продолжаешь держаться за меня?

— Потому что я еще не закончил с тобой.

И, вероятно, никогда не закончу. Но я не произношу эту мысль вслух, чтобы не вывести ее из себя так же быстро, как она пускает корни внутри меня.

— А что, если я закончу с тобой?

— Сначала ты должна понять это в первую очередь, и даже если ты закончила, я снова тебя завоюю.

— Даже если я причиню тебе боль?

— Даже если ты причинишь мне боль.

— Ты не должен так говорить.

Слезы бесконтрольно пропитывают ее щеки.