Иллюзия риска (СИ)

И Емеля поняла, что влюбленность в Дана никуда не исчезла, что он для нее – все тот же парень, красивый и обаятельный, с которым она совершенно случайно познакомилась теплым весенним днем, с которым колесила по дорогам города и кормила уток, живущих в пруду.

Приняв решение рассказать Арканову все, что скрывала, включая свой возраст и фамилию, Емельяна ответила на короткое сообщение Данила согласием. Парень ждал ее на той самой лавочке, где они пили свой первый утренний кофе. И, как надеялась Емельяна, не последний.

Тим, бросая на девчонку недовольные взгляды через зеркало, помалкивал. Но когда парковался около кафетерия, все же посчитал нужным проворчать:"

"- Опять к своему контуженому?

- Тимофей, мне кажется, это не твое дело, - выпустила колючки Емеля и, хлопнув дверцей, покинула прогретый салон автомобиля.

Арканова она увидела сразу. Парень, нарушив правила, припарковал свой байк в пешеходной зоне. И сейчас опирался о него бедром. В руке Арканов держал свой шлем.

Ускорив шаг, Ажурова почти вприпрыжку приблизилась к парню. Получилось так, что она подошла к нему со спины и, протянув руки и привстав на цыпочки, закрыла глаза Дана своими ладонями.

Емеля отметила, как Дан напрягся, выпрямился, рукой накрыл ее ладонь.

- Привет! – радостно улыбнулась Емельяна, когда парень повернулся к ней лицом, как бы случайно выворачиваясь из ее рук.

- Здравствуй, - голос молодого человека звучал непривычно холодно, по-чужому, резанул, точно наждачной бумагой.

Емельяна все еще улыбалась, но уже не так легко и открыто. Скорее, по инерции, словно мышцы плохо слушались или жили собственной жизнью.

- Как дела? Ты писал, что хотел о чем-то поговорить? – выпалила Емеля на одном дыхании.

- Хотел, - Арканов, чуть склонив голову, взглядом сверлил лицо Емельяны, и девчонке вдруг стало неуютно от того, что таилось в глубине мужских глаз.

- Ты все знаешь… - прошептала Емельяна, стиснув руки в кулаки и пряча их в карманы. – Не понимаю, как узнал. Но это все объяснимо, и …

- Чем Бес тебя подкупил? – голос Арканова звучал глухо, но резкие слова причинили почти физическую боль.