Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Эта женщина казалась лишь тенью самой блестящей из королев, но сколько в ней было достоинства, сколько гордости! И какое величие! Мария-Антуанетта сидела с закрытыми глазами, выпрямив спину, и простой белый чепец казался короной на грубо обкромсанных волосах. И де Бац забыл об осторожности. Как и 21 января, его мощный голос прогремел над улицей:

— Шляпы долой!

Воля этого человека была такова, что ему машинально повиновались. Только один человек ничего не слышал. Давид у окна торопливо рисовал, на его губах играла недобрая улыбка.

И тут со своей лошади заорал Граммон:

— Вот она, бесстыдная «австриячка»! С ней покончено, друзья мои!"

"Де Бац подумал: «Его я убью!» — и потянулся за пистолетом. Но этот жест не остался незамеченным. На него набросились двое здоровяков с пиками под улюлюканье толпы, не желавшей упустить такое зрелище. Барона бросили на землю, еще мгновение, и он был бы проколот пиками, но внезапно нападавшие отступили, повинуясь властному голосу:

— Не трогайте его, друзья! Он мой.

Бац вгляделся в лицо своего спасителя и узнал Жуана. В карманьоле и красном колпаке он внушал доверие окружающим. К тому же Жуан схватил одного из мужчин за горло своим железным крюком. Еще чуть-чуть — и брызнула бы кровь…

— Все в порядке, гражданин! Он твой. Но убери его с глаз долой, а то он мешает наслаждаться спектаклем!

Толпа оказалась такой плотной, что Жуан с трудом вытащил из нее барона. Наконец они оказались в относительной безопасности на соседней улице.

— Спасибо, — от души поблагодарил Жан. — Но почему вы спасли меня? Ведь вы же меня ненавидите!

— Это верно, но я люблю ее и не хочу, чтобы она снова плакала. И потом, я ценю храбрость… даже бесполезную. И наконец, та, что идет на смерть с таким достоинством, заслуживает моего уважения!

Они хотели вернуться на площадь, но не смогли: люди стояли плотной стеной. Жуану пришлось взобраться на фонарный столб, как уличному мальчишке, а де Бац влез на выпуклые камни фундамента Мебельного склада.

Эшафот, окруженный пятью рядами солдат, оказался совсем рядом, по нему прогуливались помощники палача. Появилась повозка. Ее приветствовали яростными выкриками, шляпы и красные колпаки полетели в воздух. Цепляющийся за стену де Бац увидел, как с нее спустилась Мария-Антуанетта, а за нею аббат Жирар. Королева держалась очень прямо и с достоинством. Она больше не дрожала, потому что выглянуло солнце и на улице потеплело.