Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Не могла же я так вас стеснить…

— Это неудачный предлог. Мой дом достаточно велик.

— Ну, хорошо. Все дело в том, что я теперь веду другую войну. Я поклялась покончить с Понталеком и не имею права впутывать вас в это.

— Предлог еще хуже! Неужели вы забыли, что однажды я его уже чуть не убил на дуэли? И что он, будучи агентом графа Прованского, принадлежит к числу моих личных врагов? И могли ли вы не вспомнить о нашем уговоре?

Это было уже слишком. Лаура резким жестом оттолкнула от себя барона и поднялась.

"— Я ничего не забыла! Но поскольку теперь у меня появилась новая цель, я забираю у вас право распоряжаться моей жизнью, которое когда-то дала вам. Именно поэтому я решила жить отдельно. Само небо предоставило мне возможность расквитаться с моим врагом. Господин Беде, которому известны все мои секреты, дал мне письмо к своему другу, нотариусу в Париже. Именно он нашел для меня этот дом и познакомил с Жюли Каро. Мы понравились друг другу, а это очень важно для осуществления моего плана.

На мгновение опешив от неожиданной атаки Лауры, де Бац отошел в сторону и прислонился к консоли, сложив руки на груди. Он рассматривал молодую женщину, такую красивую, с великолепными пепельными волосами, свободно распущенными по плечам. Жану вдруг пришло в голову, что Понталека можно понять. Маркиз пытался избавиться от застенчивой, незаметной, серенькой жены, в которой он видел лишь досадное препятствие на пути к богатству. От такой женщины, какой маркиза стала сейчас, Жосс де Понталек потерял бы голову.

Услышав, что Лаура требует вернуть ей право распоряжаться собственной жизнью, де Бац улыбнулся своей странной улыбкой, обнажавшей крепкие белые зубы, но оставлявшей холодными глаза. Он так пристально смотрел на молодую женщину, что она потупилась.

— Я и не собирался посылать вас на смерть, — негромко сказал барон. — Я лишь хотел помочь вам преодолеть то состояние, в котором вы пребывали. Итак, наш договор утратил свою силу… Но не думаете ли вы, что мы все же могли бы работать вместе?

Ответ последовал немедленно:

— Я именно об этом и прошу! Я сняла этот дом лишь для того, чтобы у вас в Париже было лишнее убежище. Ведь ваш дом на улице Менар опечатан, а вы этот квартал… так любите.