Игры с огнем

— След когтя Хранителя, — прошептал Серый, — не может быть, невероятно, — и я краем глаза увидела, как он начал описывать вокруг кровати танцевальные па. Последний не сводил глаз с моей спины.

— Можешь потрогать, — кивнула я себе за спину.

— Не дразни парня, Маша! — предостерег Серый, резко останавливаясь. — Он срезал свои крылья и навек облачился в них, никогда наезднице не сесть ему на спину, никогда не летать Синему Дракону.

Я вскочила с кровати, забыв, что футболка задралась и демонстрирует всем персиковые оборочки бюстгальтера.

— Ой… О! — я смотрела на плащ последнего во все глаза. — Так это твои, это они?

Последний, видимо, еще не смерился со своей жертвой и, опустив голову, безмолвно рыдал, его плечи сотрясались, волосы закрыли лицо, а я сидела и чувствовала себя настолько подавленной, что не могла выговорить слова сочувствия. Мне было искренне жаль дракона, но он сам избрал свой путь.

— Прости, меня, — все-таки прошептала я и потянулась к Последнему.

— Не трогай, — заорал он и отпрянул, — не дотрагивайся до меня! — развернулся и вышел из комнаты.

Всегда знала, что с фанатиками нужно быть осторожнее. У них своеобразное мышление, которое не воспринимает нормальных форм человеческих эмоций.

— Не больно-то и хотелось. — Буркнула вслед дракону.

Серый присел на край кровати и посмотрел мне в лицо.

— Не нужно его судить, Маша. Да-да, твой взгляд тебя выдает. — Остановил мои возражения целитель, — Он мог бы стать продолжателем своего рода, но предпочел срезать крылья и навек забыть свое имя.

Теперь мне действительно стало страшно, захотелось к брату домой, в свой мир, такой привычный и такой…. Невзрачный по сравнению с тем местом, где я оказалась. Меня настораживали слова и поступки Серого и Последнего, их взгляды, полные нездорового блеска. Таких людей в моем мире принято называть маньяками.

— Тебе пора узнать всю правду о нашем мире. Пойдем, вставай. — Потянул меня Серый за руку.

— Не могу, мне только что было плохо!

— Когда печать полностью завладеет твоим сердцем, станет еще хуже.

— Куда хуже-то?"

"— Ты окаменеешь! — Изрек Серый равнодушно и исчез за дверью, а я подскочила как ужаленная.

— А раньше мог сказать? — Едкий смех был мне ответом.