Игрушка Её Светлости

– Думаю, остальное мы выясним, когда память к тебе вернётся, – решила я закрыть тему.

Взяла под руку Диану и повела дальше.

Аск пошёл следом и больше в наши беседы не вступал. Думаю, сам понял, что раб не должен на равных общаться с леди. Так не принято.

На обед я его с собой брать не стала. Велела возвращаться в целительскую. Хватит с него на сегодня неприятных моментов. Да и с меня тоже.

***

Когда гости покинули особняк, я направилась прямиком в нашу домашнюю библиотеку. После войны она пополнилась немалым количеством трудов по айвирской культуре и законодательству.

Сведения о рабстве я нашла легко. А когда обнаружила раздел о правилах поведения рабов в обществе, принялась за подробное изучение информации. Потом сделала закладку и вместе с книгой отправилась прямиком к Аску.

Когда я пришла, он отжимался от пола. Судя по капелькам пота на лбу, делал это давно. Но увидев меня, поспешил подняться. Хотела сказать, что ему рано так напрягаться, но промолчала.

– Я нашла сведения о том, как следует вести себя рабу, – сказала, присаживаясь на уже привычное место на соседней кровати. – Нам с тобой обоим не помешает их изучить. Чтобы не попадать в неприятные ситуации, подобные той, что произошла сегодня.

Он посмотрел на меня хмуро.

– Мне они и так известны, – ответил, глядя исподлобья.

– Тогда почему ты им не следуешь? – спросила с вызовом. – Ты же подставляешь и меня, и себя.

Я распахнула книгу, нашла список правил для рабов и принялась зачитывать.

– «Раб обязан низко кланяться при появлении хозяина, членов его семьи или гостей».

Подняла на него взгляд:

– Почему ты этого не сделал?

– Не смог, – бросил Аск.

– Не смог?! Да что в этом сложного? – начала заводиться я.

– Сама поклонись, а я на это посмотрю, – произнёс с ядовитой насмешкой. Да ещё и обратился ко мне на «ты»! Чем только сильнее меня разозлил.

– С чего это я должна тебе кланяться? – выпалила возмущённо. – Из нас двоих именно ты мой раб.

Он многозначительно промолчал.

– Поклонись, Аск, – приказала ему, пойдя на принцип.

Раб не дрогнул. Только чуть склонил голову набок. Это что, бунт?

Но ведь получается, что если он не может сделать это наедине, то и при посторонних поступит так же. То есть, мне снова будут пенять, что я не воспитываю своего раба?

– Поклонись, – строго произнесла я, поднявшись на ноги.

Раб не отреагировал, но его взгляд стал мрачнее, а губы сжались в тонкую линию."

"И тогда я решилась на крайние меры.