Игрушка Её Светлости

Принц отпустил прислугу и передал стражам, охраняющим вход в наши покои, приказ не беспокоить.

Я опустилась на диван. Есть всё ещё совершенно не хотелось. Нервное напряжение во мне становилось всё сильнее, и скрывать его с каждым мгновением получалось всё хуже.

– Кэт, я не собираюсь на тебя набрасываться, – в голосе Гервина слышалось лёгкое раздражение. – Но и откладывать закрепление ритуала не стану. Это обязательно.

– Почему? Разве нельзя подождать хотя бы несколько дней? – спросила, подняв на него взгляд. – Я совсем тебя не знаю.

Он иронично изогнул бровь и, подойдя ближе, сел рядом со мной.

– Мы провели немало времени вместе. Ты, Кэтрин, видела меня в таких обстоятельствах, о которых другим даже подумать страшно.

Гервин осторожно взял меня за руку и погладил ладонь.

– Мой брат однажды пошёл на поводу у своей хаити, дал ей время привыкнуть к нему. А она едва его не убила. Нет, не желала ему вреда. Её уговорили дать ему зелье. Поклялись, что это не яд. То и был не яд, а нечто похуже. Если бы к тому моменту ритуал был закреплён близостью, сама магия не дала бы ей возможность что-то ему подлить.

Принц чуть сжал мои пальцы.

– Кэт, я не стану брать тебя силой. Не буду принуждать. Но откладывать это слишком опасно для нас обоих.

Я кивнула, принимая его слова. А он придвинулся ближе, склонился к моим губам и поцеловал. Легко, нежно, невесомо. Я ответила, даже не думая сопротивляться. Моя магия потянулась к нему, его сила полилась ко мне, а в голове появился сладкий туман.

Но Гервин не стал спешить.

– Давай поедим. Выпьем немного вина, – предложил он. – Здесь недурно готовят."

"Он сам наполнил бокалы виноградным напитком. Потом положил в мою тарелку немного салата и несколько кусочков мяса. Такая забота откровенно умиляла, и я понемногу начала расслабляться.

– Расскажи мне что-нибудь о себе, – вдруг попросила я. – Не хочу слушать сплетни. А про тебя много всякого говорят.

– Вот и не слушай, – ответил он.

А я глупо растерялась. В голову не приходило ни одного подходящего вопроса.

Гервин хмыкнул. На пару мгновений задумался и принялся за еду.

– Я на шесть лет старше Мара, – расслабленно проговорил он. – Знаешь, наверное, когда он родился, я сразу повзрослел. Вбил себе в голову, что должен нести за него ответственность. В меня вообще эту самую ответственность с младенчества вбивали.