Игрок

Даша тут же смешалась и постаралась высвободиться. Не тут-то было. Руки стиснулись вокруг нее стальными клещами.

- Так не пойдет, Даша. Что ты опять себе напридумывала? - строгий голос.

Похоже, уйти от разговора не удастся.

- Хорошо, - пробормотала она, взмахнула рукой, обводя пространство. - Как ты себе представляешь, что будет дальше?

Хватка ослабла, но не совсем, а глаза весело блеснули жидкой ртутью.

- Дальше? Шансов нет, Марина уже завтра начнет подготовку к нашей свадьбе. Или ты еще не поняла, что именно это и будет? - Игорь чуть откинулся назад и смотрел не нее цепко и с интересом.

- Я... - она сглотнула. - Но...

- Что НО? Даша?

- Вдруг... это не то, что тебе нужно? - сбивчиво начала она. - У тебя будет клуб, а там... Там такие девушки! Вдруг ты потом не захочешь меня, пожалеешь об этом!"

"Секунду он смотрел на нее оторопело. Брови потихоньку позли вверх, а лицо исказилось.

- Я? - проговорил, отводя подбородок. - Я похож на того, кто не хочет?

И в доказательство потерся о нее окаменевшим членом.

Даша невольно вздрогнула, приоткрывая рот, это было так бесстыдно и жарко. И мгновенно сорвало все ее потуги держаться отстраненно. Здесь и сейчас она сама уже хотела его как... как...

- Я, между прочим, такой с утра, - укоризненно сказал он. - Как закрою глаза и подумаю о тебе...

Он действительно прикрыл глаза и приглушенно простонал. Еще одно короткое касание, а потом полетела одежда к чертям. Они раздевали друг друга дрожащими от нетерпения руками, торопились, кто раньше доберется до тела жадными губами.

И на этот раз победила она. Пока тот отвлекся застежками ее бюстгальтера, быстро расстегнула ремень и молнию на его джинсах, рывком стянула до бедер и оказалась перед ним на коленях. Он на мгновение замер, пораженный. До этого момента она никогда так сама не делала.

- Даша, ты...

- Да! - и потянула его на себя.

Не осталось больше изумления и слов, одна страсть. Жаркая, выжигающая нервы, мозги. До крика, до подгибающихся коленей.

А потом его очередь была метить ее собой, мстить за своеволие и самоуправство, пока ее мышцы не превратились в переполненное наслаждением дрожащее желе.

- Спать, - только и пробормотал он, рывком утаскивая их обоих на широченный диван и укутывая пледом.

- Ты не сказал, что любишь, - едва слышно выдохнула Даша, уже уплывая за грань сна.

Он так и замер, уставившись на нее. Заснула. Теплая, пропитанная им, растрепанная, сладкая. А у него не стало сна.