Игра в любовь

– Что? Аскар! Я же просила тебя не давать ему дополнительную порцию! Какой же ты придурок! – села на любимого конька подруга. – Ты же за ЗОЖ…

– Андрей! – отвлеклась я на возглас матери. – Зачем ты его тащишь! Он же тяжелый!

– Все в порядке, мам, – улыбнулся мальчишка, улыбнувшись ей. – Этот – самый легкий. Мне папа разрешил.

– Кажется, мы привезли с собой в три раза больше багажа, чем брали, – сгружая очередную партию чемоданов, проворчал отец. – Что вы, женщины, только делаете с этим шмотьем?!

– Хватит бурчать, как старик, – показала ему язык мама, совершенно не впечатленная его жалобами.

– Мне что-то не очень хорошо, – зевнул папа, плохо переносящий перелеты. – Я бы лучше спать завалился. И желательно до вечера.

– Ну, кто бы сомневался, – беззлобно закатила мама глаза. – А ты? Тоже спать? – повернулась она ко мне.

– Я бы не отказалась от тихого часа, – виновато улыбнулась я в ответ. Наш рейс был на рассвете, так что ночью мы практически не спали.

– Пошли мам, я голоден, – тут же перевел на себя весь огонь Андрей. – И спать я совсем не хочу.

Удивительное дело, мама никогда не уставала после перелетов. И желания полежать после таких долгих поездок в ней тоже не возникало.

– Хоть один нормальный человек в семье! – фыркнула она в нашу сторону, вместе с моими братьями направляясь в сторону кухни. – Идите уже спать. Вон Аскар уже давно улизнул. Семейка сурков.

Приняв душ, я обмоталась полотенцем, чувствуя себя обновленной и бодрой. Спать уже не хотелось, но полежать на своей кроватке и подумать над тем, как вести себя дальше, не помешало бы. Радуясь тому, что в свое время родители додумались снабдить каждую комнату личной ванной, я, как была в полотенце, прошла в свою комнату. Стянула тюрбан с волос и, наклонившись перед туалетным столиком, начала вбивать в локоны масло для волос.

– Ух, какой вид, Карамелька… – с придыханием произнес ненавистный мне голос, заставив меня, взвизгнув, выпрямиться.

Пока я с раскрытым ртом в шоке уставилась на него, негодяй, ловко поднявшийся с моей постели, начал надвигаться на меня. Его ухмылка и горящий взгляд не предвещали ничего хорошего, и страх медленно начал заполнять все мое существо.