Игра в любовь

– Хочу тебя пиздец как, Карамелька, – прохрипел он, искушенно накрывая мои губы своими и затягивая меня в порочный поцелуй."

"Алихан просто задыхался, целуя меня так, словно мог задохнуться без моих губ. Именно в этот момент я поняла, какую власть имею над ним. Может, она еще и не полная, но определенно есть. То, как он реагирует на меня, просто сводит с ума. Его хрип, который он издает, стоит мне ответить, так же грязно всасывая его язык, отдается приятной истомой где-то глубоко внутри меня, заставляя ерзать под мужем.

Прерываю поцелуй и просто тону в его безумном взгляде, полном желания. Пытаюсь успокоиться, но чувствую, что лишь сильнее завожусь от его взгляда. Поднимаю руку и провожу пальчиками по его влажным от поцелуя губам.

– Карамелька… – шепчет Алихан, утыкаясь в мою шею и нежно-нежно целуя пульсирующую венку.

Боже, как же я люблю этого мужчину! Пусть я безвольная, пусть. К чему мне гордость, если я снова останусь без него? Я три года пыталась собрать себе по кусочкам! Я не хочу мстить и доказывать что-то.

Эта ночь, полная страсти и нежности, изменила все. Мы словно перешагнули все наши недопонимания и обиды, став единым целым.

Внезапно проснувшись, я беспокойно перевернулась, не понимая, что со мной. Алихан спал, как всегда, прижимаясь ко мне. Я не хотела вставать, зная, что наверняка разбужу его. Даже сейчас муж беспокойно заворочался, стоило мне принять другое положение.

Полежав минут десять, я поняла, что не засну.

– Ты куда? – проворчал он, тут же начиная шарить рукой на моей стороне кровати.

– Никуда, спи, – погладила я его по волосам, пытаясь убаюкать, что мне с легкостью удалось.

Убедившись, что Алихан заснул, накинула на себя сверху свой халат и осторожно направилась вниз, навстречу зовущему тортику.

Пока спускалась по лестнице, молилась, чтобы на моем пути, не дай бог, не встретилась Курбика–Змеика. За той имелась странная привычка бродить по ночам.

Мы приехали только сегодня, а она уже успела испортить мне настроение. Я совершенно не понимала, в чем ее проблема. Жила бы себе, никого не трогая, но этой козе обязательно нужно было встрять в любой разговор.